— Оля, ты вообще пробовала этот пирог, прежде чем подавать его людям? Или решила нас всех опозорить?
Галина Степановна демонстративно выплюнула кусочек яблочной начинки в салфетку и отодвинула тарелку.
За праздничным столом стало тихо.
Десять гостей смотрели то на свекровь, то на меня.
Я стояла у двери кухни, всё ещё держа в руках прихватку.
С шести утра я готовила этот обед.
Запекала мясо, делала салаты, варила бульон, пекла пирог по старому бабушкиному рецепту.
Ни один человек не предложил помочь.
3
Зато теперь каждый внимательно ждал моей реакции.
— Мам, ну зачем ты так? — лениво произнёс мой муж Максим, не отрываясь от телефона.
— А что такого? — возмутилась свекровь. — Я правду говорю! У хорошей хозяйки всё должно быть вкусным. А эта даже пирог нормально испечь не может!
Двоюродная сестра Максима, Светлана, тихонько хихикнула.
— Зато фотографии своих блюд в интернете выкладывает. Прямо ресторанный шеф!
За столом раздался смех.
Я посмотрела на мужа.
Он улыбался.
И именно его улыбка стала последней каплей.
— Максим, — тихо спросила я, — тебе тоже смешно?
Он поднял глаза.
— Оль, не начинай. Мама просто пошутила.
— Значит, пошутила?
— Ну да. Что ты такая обидчивая?
Я медленно сняла прихватку.
Положила её на стол.
— Тогда у меня тоже есть небольшая шутка.
Свекровь прищурилась.
— Какая ещё?
— С завтрашнего дня я больше для вас не готовлю.
Галина Степановна расхохоталась.
— Ой, напугала! Посмотрим, сколько ты продержишься!
Я улыбнулась.
Она ещё не знала, что этот вечер станет последним, когда я бесплатно обслуживаю всю их семью.
А через несколько недель мой муж обнаружит, что женщина, которую он считал обыкновенной домашней кухаркой, зарабатывает больше него.
И это окажется далеко не самым неприятным открытием.
Мне было тридцать три.
Я работала бухгалтером в строительной компании и дополнительно вела несколько небольших фирм на удалёнке.
Домой возвращалась около семи вечера.
Максим обычно приезжал позже.
Первое, что он спрашивал, переступив порог:
— Оль, а ужин готов?
Не «как прошёл день».
Не «ты устала?».
Не «может, помочь?».
Только ужин.
Его мать жила в соседнем доме.
И почти каждый вечер появлялась у нас ровно в семь.
У неё даже были собственные ключи.
Когда-то Максим отдал их ей со словами:
— На всякий случай. Мама же родной человек.
С тех пор Галина Степановна считала нашу квартиру филиалом своей кухни.
Приходила без предупреждения.
Открывала холодильник.
Проверяла кастрюли.
И неизменно находила повод для недовольства.
— Суп жидковат.
— Картошка переварена.
— Соли много.
— Мяса мало.
Однажды она заявила:
— Олечка, мужчина должен приходить домой и видеть на столе горячий ужин. Иначе зачем ему вообще жена?
Я тогда промолчала.
Как и сотни раз до этого.
Мне казалось, что терпение помогает сохранить семью.
Но оказалось, что оно лишь научило окружающих не замечать моих потребностей.
Особенно тяжёлой была пятница перед тем самым семейным обедом.
В бухгалтерии случилась срочная проверка.
Я задержалась на работе почти на два часа.
Когда вошла домой, Максим и его мать сидели за кухонным столом.
Перед ними стояли пустые тарелки.
— Ну наконец-то! — воскликнула свекровь. — Мы уж думали, ты совсем про семью забыла!
Я сняла пальто.
— Простите, задержалась. Срочный отчёт.
— Отчёт у неё! — передразнила Галина Степановна. — А сын мой голодный сидит!
Максим тяжело вздохнул.
— Оля, ты хотя бы предупредила бы.
— Я отправила сообщение в пять часов.
Он посмотрел в телефон.
— А, точно.
— В морозилке есть пельмени. В холодильнике яйца, сыр, овощи.
Свекровь всплеснула руками.
— Слышишь, Максим?! Она предлагает тебе самому себе готовить!
Я посмотрела на мужа.
— А что в этом необычного?
Он раздражённо отодвинул стул.
— Оль, не надо устраивать лекции. Я тоже работаю.
— И я работаю.
— Но ты же женщина!
В тот момент мне захотелось рассмеяться.
Получается, работа у нас была одинаково настоящая.
А вот усталость — почему-то разная.
Вечером свекровь объявила, что в субботу к нам придут родственники.
Не спросила.
Не предложила.
Просто поставила перед фактом.
— Будет мой брат с женой, Светочка с мужем и детьми. Ты приготовишь мясо, салаты и свой яблочный пирог.
Я попыталась возразить:
— Завтра хотела поехать к маме. Мы давно не виделись.
Максим даже не поднял головы.
— К своей маме съездишь потом.
— Я обещала ей помочь.
— Оля, ну не начинай. Моя мать уже пригласила людей.
— Но почему это должна делать я?
Свекровь посмотрела на меня с искренним удивлением.
— А кто? Не я же в моём возрасте буду у плиты стоять!
Ей было шестьдесят один.
Она каждый день ходила на фитнес, ездила на дачу, путешествовала с подругами и могла часами выбирать одежду в торговом центре.