— Вам двоим зачем столько места? — рассуждала она. — Купили бы что-нибудь попроще, а разницу вложили в нормальное дело.
Под «нормальным делом» подразумевалось приобретение загородного дома, в котором она, разумеется, собиралась жить вместе с нами.
Роман предложение поддержал.
Он вообще удивительно легко поддерживал любые идеи матери, если расплачиваться за них предстояло не ему.
Проблема заключалась лишь в одном.
Квартира принадлежала мне.
Полностью.
Я купила её задолго до знакомства с Романом, продав небольшой дом, доставшийся от бабушки, и добавив собственные накопления.
Роман никогда не участвовал в её покупке.
Однако со временем начал говорить «наша квартира» таким тоном, будто именно он когда-то подписывал договор и оплачивал каждый квадратный метр.
Однажды я случайно услышала разговор мужа с матерью.
— Главное, чтобы Марина согласилась на продажу, — говорила свекровь. — А там всё оформим как надо.
— Она упрямая, — ответил Роман.
— Значит, надо действовать мягче. Женщины любят, когда им внушают, будто решение приняли они сами.
В тот вечер я впервые обратилась к юристу.
Проверила документы, порядок регистрации и свои права как собственницы. Подготовила копии бумаг и план на случай, если семейное давление перейдёт разумные границы.
Я не собиралась воевать.
Просто хотела знать, как защитить свой дом.
Теперь конверт лежал передо мной.
И впервые за год я поняла, почему тогда не выбросила его.
Я достала телефон, сфотографировала ушиб и написала сообщение подруге Нине:
«Можно я сегодня тебе позвоню? Мне нужно принять серьёзное решение».
Ответ пришёл почти сразу:
«Не только позвонить. Я могу приехать».
Я улыбнулась.
Иногда одно короткое сообщение поддерживает сильнее, чем двенадцать лет семейных обещаний.
«Ты не имеешь права выгнать мою мать!»
Роман вошёл в спальню без стука.
— Марин, ну хватит. Мама уже успокоилась. Пойди извинись, и закроем вопрос.
Я медленно повернулась к нему.
— За что мне извиняться?
— За тон. Ты её обидела.
— Роман, твоя мать бросила в меня металлическую ложку.
— Ну не кирпич же!
Я смотрела на мужа несколько секунд.
Потом положила перед ним фотографию своего запястья.
— Это нормально?
Он отвёл глаза.
— Ты всё преувеличиваешь.
— Тогда посмотри на меня.
Он нехотя поднял голову.
— Я больше не хочу жить с твоей матерью.
Роман усмехнулся.
— А я не хочу каждый день слушать ваши скандалы.
— Прекрасно. Тогда сегодня ты поможешь ей собрать вещи.
Улыбка исчезла.
— Что?
— У неё есть собственная квартира. Ремонт там давно закончился. Я сама разговаривала с мастером, который делал ей ванную.
Муж побледнел.
— Откуда ты…
— Два месяца назад он случайно позвонил мне, потому что твоя мама указала мой номер для доставки сантехники. И сказал, что все работы завершены.
Роман молчал.
— Ты знал, — произнесла я.
Это был не вопрос.
Муж провёл ладонью по лицу.
— Маме здесь удобнее.
— А мне здесь больше не удобно.
— Ты не имеешь права выгнать мою мать!
Я достала из конверта выписку о собственности.
— У меня есть право решать, кого я приглашаю жить в свою квартиру. И я больше не согласна, чтобы твоя мать оставалась здесь.
— Это и мой дом!
— Это был наш дом в том смысле, что мы строили здесь семью. Но собственница квартиры — я. И ни ты, ни твоя мать не можете требовать, чтобы я терпела унижения.
Роман сжал губы.
— Ты ставишь меня перед выбором?
— Нет. Выбор ты сделал, когда решил, что мне нужно извиняться за ложку, которая попала мне в руку.
Он ничего не ответил.
И впервые за долгое время меня совершенно не интересовало, обиделся он или нет.
Секретный разговор за закрытой дверью
Когда я вернулась на кухню, свекровь спокойно пила чай.
Перед ней стояла открытая коробка конфет, которую мне подарили коллеги.
— Ну что, успокоилась? — спросила она. — Хорошо. А теперь убери со стола, здесь всё засохло.
Я села напротив.
— Зинаида Аркадьевна, сегодня вам нужно вернуться домой.
Она медленно поставила чашку.
— Куда?
— В свою квартиру.
— Это ещё почему?
— Потому что я больше не разрешаю вам здесь жить.
Она рассмеялась.
Громко, самоуверенно.
— Рома! Иди сюда! Твоя жена совсем с ума сошла!
Муж появился в дверях.
Свекровь повернулась к нему.
— Скажи ей, что я никуда не поеду!
Роман посмотрел на меня.
Потом на мать.
— Мам… Может, правда, тебе лучше пока вернуться к себе?
Я впервые увидела, как у Зинаиды Аркадьевны меняется лицо.
— Что ты сказал?
— Просто… ситуация накалилась.
— Значит, ты меня предаёшь?!
Она резко встала.
— Я всю жизнь на тебя положила! Я тебя растила! А теперь эта женщина выставляет меня за дверь?!
Я хотела ответить, но тут свекровь проговорилась:
— И вообще, Роман, ты обещал, что к зиме мы уже переедем в новый дом! Ты же говорил, что с квартирой всё решено!
В кухне повисла тишина.
Я медленно повернулась к мужу.
— В какой новый дом?