— Нет, — ответила я.
— Правда, мам. Не переживай.
Он говорил уверенно, почти по-взрослому.
И от этого мне стало ещё больнее.
Мой ребёнок уже пытался решить проблему, которую создали взрослые.
На следующий день мне позвонила свекровь.
— Виктория, ты салат с курицей приготовишь? Только немного. У нас гостей будет достаточно.
— Хорошо, Валентина Степановна. А Милана хотела испечь печенье…
— Ой, не надо! — быстро перебила она. — Ромочка ведь сказал, что дети останутся у отца.
Я застыла.
— Когда сказал?
— В прошлую субботу. Мы всё обсудили. Я даже пригласила сестру своей невестки, раз места освободились.
Я молчала.
Получалось, Роман заранее договорился с матерью, определил, где будут мои дети, пригласил других людей и только потом поставил меня перед фактом.
— Валентина Степановна, вы ведь понимаете, что дети никуда не едут?
Свекровь вздохнула.
— Викочка, ну что ты начинаешь? Они уже большие. Посидят дома, ничего страшного. Мужу тоже нужно внимание.
— А моим детям?
— Дети вырастут и уйдут. А муж останется.
Я крепче сжала телефон.
— Не всегда, Валентина Степановна. Муж тоже может уйти.
— Ты мне угрожаешь?
— Нет. Просто впервые задумалась.
Я завершила разговор.
В тот вечер я долго сидела на кухне и вспоминала последние месяцы.
Как Роман раздражался, когда Милана просила помочь ей с математикой.
Как перестал спрашивать Артёма об учёбе.
Как однажды сказал за ужином:
— Скорее бы они выросли, хоть поживём спокойно.
Тогда я решила, что он просто неудачно пошутил.
Но теперь эта фраза прозвучала у меня в голове совсем иначе.
Вечером Роман пришёл домой и сразу почувствовал напряжение.
— Что опять произошло?
— Ты ещё в субботу сообщил матери, что мои дети не будут встречать с нами Новый год?
Он снял куртку.
— Ну сообщил. И что?
— Почему я узнала об этом последней?
— Потому что знал, что ты устроишь скандал.
— То есть ты прекрасно понимал, что я против, и всё равно решил за меня?
— Я решил, как будет удобнее всем!
— Всем? — переспросила я. — Или только тебе?
Он раздражённо бросил ключи на тумбу.
— Виктория, мне сорок пять лет. Я хочу хотя бы один праздник провести спокойно, без подростковых споров, телефонов, музыки и бесконечного «мам, дай денег»!
— Значит, мои дети мешают тебе жить?
— Не передёргивай.
— Тогда скажи прямо, чего ты хочешь.
И он сказал.
Холодно, отчётливо, глядя мне прямо в глаза:
— Я хочу, чтобы хотя бы на Новый год у нас была нормальная семья. Без твоих детей.
Мне показалось, что в квартире выключили весь звук.
Я смотрела на него и пыталась понять, что именно он назвал нормальной семьёй.
Семью, из которой нужно убрать моих сына и дочь?
— Роман, — тихо произнесла я, — ты сейчас сделал выбор.
— Опять громкие слова.
— Нет. Очень простые.
— Ну и?
— Новый год без моих детей будет и без меня.
Он рассмеялся.
— Прекрасно! Сиди дома, если тебе так хочется.
— Я не собираюсь сидеть дома.
— И куда ты поедешь?
— Придумаю.
— Только не начинай устраивать спектакль.
Я встала из-за стола.
— Спектакль закончился, Рома. Просто ты ещё не понял, что занавес уже опустился.
В ту ночь я почти не спала.
Сначала плакала.
Потом злилась.
Потом снова плакала.
А ближе к утру открыла сайт с загородными домами.
Мне хотелось увезти детей туда, где никто не будет смотреть на них как на нежелательных гостей.
Первый дом оказался слишком дорогим.
Во втором уже не было свободных дат.
Третий находился слишком далеко.
И вдруг появилось новое объявление.
Небольшой деревянный коттедж в часе езды от города. Две спальни, камин, большая кухня, украшенная гирляндами терраса.
Хозяйка написала, что предыдущие гости отменили бронь буквально час назад.
Цена за три ночи составляла почти все деньги, которые я откладывала на новую стиральную машину.
Я долго смотрела на экран.
Разум подсказывал, что тратить такую сумму глупо.
Но потом вспомнила лицо Артёма, когда он предложил остаться с сестрой дома.
И тихий вопрос Миланы, который услышала накануне:
— Мам, а Роман нас больше не любит?
Я перевела предоплату.
За два дня до Нового года я сообщила детям, что мы уезжаем.
Милана сначала не поверила.
— В настоящий дом? В лесу? С камином?
— В настоящий.
— А снег там будет?
— Судя по фотографиям, очень много.
Дочь завизжала от радости и бросилась меня обнимать.
Артём не улыбнулся.
Он смотрел на меня слишком внимательно.
— Мам, а Роман?
— Он будет отмечать у своей мамы.
— Вы поссорились из-за нас?
Я подошла к сыну и положила руки ему на плечи.
— Артём, послушай меня внимательно. Никогда больше не думай, что ты или Милана виноваты в наших взрослых проблемах. Вы не должны заслуживать право быть частью семьи.
Он опустил глаза.
— Просто я иногда слышу, как он говорит…
— Что говорит?
Сын помедлил.