Галина Аркадьевна объявила, что я пришла в их семью с пустыми руками, и протянула мне чашку.
— Налей ещё кофе. И молока чуть-чуть, как я люблю.
Я посмотрела на чашку. Три года назад я привезла её из отпуска. В магазине была целая полка таких чашек, но я выбрала именно эту, потому что у неё была широкая ручка. У Галины Аркадьевны болели пальцы, и обычные чашки ей было неудобно держать.
Я помнила об этом даже сейчас. Вот что было обиднее всего.
— Значит, с пустыми? — переспросила я.
— Марина, ты же прекрасно понимаешь, о чём я. Квартира Игорева. От бабушки досталась. Без него ты бы до сих пор по съёмным моталась.
Игорь сидел напротив, выбирая из общей тарелки самые румяные пельмени. Я ждала, что он скажет хотя бы про первую зиму. Тогда у нас сломался холодильник, и он держал на балконе кастрюлю с супом, пока я не получила премию. Или про диван, на который мы вместе ходили смотреть четыре раза, потому что ему хотелось непременно такой, где можно вытянуть ноги.
— Марина многое покупала, — наконец сказал он. — Полотенца, посуду. По мелочи.
3
Галина Аркадьевна снисходительно кивнула, словно мы наконец договорились о чём-то очевидном.
— Кстати, про покупки. Кровельщик прислал смету. Ты переведи аванс завтра, а Игорь в выходные съездит на дачу и примет материалы.
Я даже подумала, что ослышалась. Дачу она не разрешала мне открывать без неё. Прошлым летом моя дочь Ника приехала на два дня, и Галина Аркадьевна велела нам ждать у калитки, пока сама закончит дела в городе. Теперь я должна была оплатить на этой даче крышу.
— Почему аванс перевожу я?
— Потому что у тебя есть деньги, — ответила она. — Да что тут обсуждать? Мы семья.
Я повернулась к Игорю. Он положил вилку. На секунду мне показалось, что сейчас он увидит, как нелепо всё это звучит.
— Марин, переведи, пожалуйста. Я уже обещал.
И тут я вспомнила, как Ника месяц назад попросила меня приехать на день рождения внука. Мальчику исполнялось четыре, он хотел, чтобы мы вместе испекли яблочный пирог. Я уже выбрала билеты, когда Игорь сообщил, что на те же выходные пригласил родню. Он обещал им мой пирог. В итоге Ника поставила телефон у духовки, а я смотрела, как внук посыпает яблоки корицей, и говорила ему через экран, что у него отлично получается.
— Понятно, — сказала я и встала из-за стола.
— Сахарницу подай, раз встала, — попросила Галина Аркадьевна.
Я подала. Это был последний раз, когда я принесла ей что-нибудь по первому зову.
Утром я приехала в мебельный салон раньше сотрудников. Открыла кабинет, достала телефон и нашла номер, который Ника прислала мне ещё весной. В сочинский филиал нашей сети искали управляющую. Я тогда поблагодарила дочь и сказала, что у меня в городе слишком много дел.
В девять позвонила руководителю филиала. Мы давно знали друг друга по работе. Он предложил обсудить перевод по видеосвязи, а к вечеру прислал условия. Я согласилась и только потом заметила, что весь день продержала на столе чашку чая, к которой так и не притронулась.
Следующие вечера я разбирала документы. За годы работы с поставщиками у меня выработалась привычка сохранять чеки, гарантии и переписку о доставках. Теперь я читала их как дневник.
«Диван. Доставка после шести. Получатель Марина».
«Холодильник. Рассрочка на шесть месяцев. Последний платёж внесён досрочно».
«Кофемашина. Упаковать в подарок».
Кофемашину я покупала себе на сорокалетие. В день доставки Игорь пригласил мать на обед. Первый кофе из неё выпили они вдвоём, пока я мыла посуду. Тогда мне это даже понравилось. Было приятно видеть, что вещь сразу пригодилась.
В папке обнаружилась и старая фотография. На ней Игорь в пустой гостиной стоял на зелёном табурете и вкручивал лампочку. Я снимала его с порога. Двенадцать лет назад мы могли сидеть на полу, есть картошку прямо из сковородки и спорить, что поставить у окна. Мне хотелось сохранить память о том вечере. Фотографию я убрала в сумку.
В четверг мы с Игорем поговорили на кухне. Я сказала, что ухожу, и назвала день, когда приедут за моими вещами. Показала список. Встроенная кухня оставалась. Всё, что мы покупали вместе, я тоже оставила. По каждой позиции, которую собиралась увезти, у меня были документы.
Он пролистал два листа, положил их на стол и спросил:
— Ты из-за крыши решила устроить переезд?
— Я решила переехать, когда ты сказал, что уже пообещал мои деньги. Вспомни, сколько раз ты за меня обещал.
Он потёр лоб. Я ещё надеялась, что он начнёт вспоминать.
— Маме пока ничего не говори, — попросил он. — У неё давление.
Утром в субботу Игорь поехал на вокзал. Через двадцать минут под окнами остановился фургон. Из кабины вышел Вадим, наш заведующий складом, а за ним ещё трое ребят. С Вадимом мы заранее обошли квартиру и отметили, что нужно разобрать и в каком порядке лучше грузить.
— С чего начнём? — спросил он.