— Твоя семья уже давно устроилась слишком удобно, — сказала Тамара Викторовна и отодвинула тарелку. — То твою маму нужно куда-то везти, то отец приезжает, то сестра ребёнка оставляет. А мой сын должен это всё терпеть.
Я медленно положила вилку на стол.
Напротив сидел мой муж Сергей.
Он сразу опустил глаза и начал разглаживать салфетку.
Это была его любимая тактика.
Когда его мать переходила границу, Сергей внезапно находил очень важное занятие: поправить ложку, проверить телефон, налить воды.
Лишь бы не вмешиваться.
— Моя мама один раз попросила отвезти её в больницу, потому что у неё сломалась машина, — спокойно сказала я. — Папа приезжал собирать шкаф в детской. А сестра оставила сына на два часа, потому что её вызвали на школьное собрание.
3
Тамара Викторовна фыркнула.
— Вот видишь. Постоянно что-то.
— Что именно здесь вас так беспокоит?
— Не цепляйся к словам, Марина. Ты теперь замужняя женщина. У тебя должна быть своя семья на первом месте.
Я посмотрела на неё.
— А родители после свадьбы перестают быть семьёй?
Она поджала губы.
Сергей наконец поднял голову.
— Мам, давайте не будем портить вечер.
— Я ничего не порчу. Я говорю правду.
Она повернулась к сыну.
— Ты работаешь, устаёшь, а она постоянно обслуживает свою родню.
Я чуть не рассмеялась.
Не потому, что было смешно.
Просто на комоде в прихожей в этот момент лежал плотный конверт.
Внутри были документы на двухнедельную поездку Тамары Викторовны в дорогой оздоровительный комплекс.
Отдельный номер.
Бассейн.
Массаж.
Питание.
Процедуры.
Экскурсии.
Она сама выбирала корпус, этаж и даже сторону, на которую должны выходить окна.
Путёвка должна была стать подарком на её день рождения.
И оплатил её не Сергей.
Я.
У мужа в тот месяц были большие расходы на машину, поэтому он сказал:
— Ты пока заплати, а я потом половину верну.
Он не вернул.
А я и не напоминала.
Считала: семья же.
Тамара Викторовна, конечно, ничего об этом не спрашивала.
Она была уверена, что сын всё организовал.
Последние две недели она ежедневно присылала мне сообщения.
«Найди хороший чемодан».
«Закажи дорожный халат».
«Посмотри, какие там вечера».
«Купи мне удобные туфли».
И я всё делала.
Потому что хотела сделать ей приятное.
— Кстати, — сказала свекровь, будто вспомнила что-то между делом. — В субботу поедешь со мной в торговый центр.
— Зачем?
— Мне нужна новая куртка для поездки. И туфли. Только нормальные, не дешёвые.
Я посмотрела на неё.
— В субботу мы едем к моим родителям.
Лицо Тамары Викторовны сразу изменилось.
— Опять?
— Да. Папа закончил ремонт, мы обещали помочь разобрать вещи.
Она повернулась к Сергею.
— Ты слышишь? Для её семьи всегда есть время. А родной матери приходится выпрашивать.
Сергей вздохнул.
— Мам, тебе никто не отказывает. Марина уже и путёвку оплатила, и почти всё купила.
Свекровь махнула рукой.
— Она это делает не ради меня. Просто хочет выглядеть хорошей невесткой.
Я почувствовала, как внутри что-то неприятно щёлкнуло.
— А моя семья?
— Что твоя семья?
— Вы только что сказали, что они живут за наш счёт.
— Я сказала, что они слишком часто пользуются вашей помощью.
— Деньгами?
— И деньгами тоже.
Я замолчала.
Вот теперь стало интересно.
Моя мама никогда не брала у нас денег.
Наоборот.
Она каждую среду забирала сына из секции, когда мы задерживались на работе.
Привозила еду.
Сидела с детьми.
Папа бесплатно собирал нам мебель, ремонтировал розетки и однажды два дня возился с нашей машиной.
Сестра вообще боялась просить лишний раз.
А Тамара Викторовна?
Такси до поликлиники — моя карта.
Доставка продуктов — моя карта.
Мастер по стиральной машине — моя карта.
Билеты в театр — тоже.
Но именно моя семья, оказывается, «сидела у нас на шее».
— Тамара Викторовна, — сказала я. — Давайте ещё раз. Вы действительно считаете, что мои родители живут за наш счёт?
Сергей сразу вмешался:
— Марин, зачем ты сейчас…
Я подняла ладонь.
— Я хочу услышать ответ.
Свекровь выпрямилась.
— Да. Считаю.
И добавила:
— У вас просто нет меры.
Вот и всё.
Я кивнула.
— Понятно.
Она явно решила, что победила.
Даже расслабилась.
— Вот и хорошо, что ты наконец поняла.
— Поняла.
Она доела салат, попросила завернуть ей оставшуюся рыбу и напомнила:
— Чемодан должен приехать во вторник. Не забудь проверить.
— Хорошо.
Когда дверь за ней закрылась, Сергей сразу заговорил:
— Марин, ты же знаешь маму.
— Знаю.
— Она резкая. Завтра уже забудет половину сказанного.
— Я не забуду.
— Не надо раздувать.
Я повернулась к нему.
— Сергей, твоя мать только что сидела за моим столом, ела ужин, который приготовила я, и рассказывала, что моя семья живёт за наш счёт.
— Она не это имела в виду.
— Именно это. Я переспросила.
Он замолчал.