— Дай мне свою карту, — сказала Лидия Павловна и спокойно потянулась за второй порцией пирога. — Я сама возьму столько, сколько потребуется.
Я сначала решила, что ослышалась.
— Мою карту?
— Ну не библиотечную же, Марина.
Свекровь сказала это таким тоном, будто речь шла о запасном ключе от дачи.
Мы сидели у нас на кухне. За окном плавился июльский вечер, на столе остывал вишнёвый пирог, а Лидия Павловна составляла список гостей на своё шестидесятипятилетие.
Список занимал три страницы.
— Ресторан уже выбрала, — продолжила она. — «Белый сад». Приличное место. Не стыдно людей позвать. Потом надо заказать рыбу, икру, мясо. И платье посмотреть. Возможно, туфли.
3
— И для этого вам нужна моя карта?
Лидия Павловна удивлённо подняла брови.
— А что такого? Максим в командировке. Ты всё равно целыми днями на работе, переводы эти ваши, приложения… Я в этом не разбираюсь. Карточкой удобнее.
Она отрезала себе ещё кусочек пирога.
— Мы же семья.
Вот эту фразу я особенно любила.
«Мы же семья» у Лидии Павловны обычно означало, что платить должна почему-то наша семья, а выбирать — она.
— Сколько вы собираетесь потратить? — спросила я.
— Откуда я знаю заранее?
— Хотя бы примерно.
Она пожала плечами.
— Ну тысяч сто. Может, сто пятьдесят. Посмотрим.
Я едва не поперхнулась чаем.
— Сто пятьдесят тысяч?
— Марина, мне шестьдесят пять один раз в жизни исполняется.
— И?
Свекровь нахмурилась.
— Что «и»?
— Почему мой банковский счёт должен это особенно прочувствовать?
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга.
Потом Лидия Павловна отодвинула тарелку.
— Я всё поняла.
Это была её любимая угроза.
После неё обычно следовало подробное объяснение того, насколько ей не повезло с невесткой.
Но в этот раз я улыбнулась.
— Хорошо.
Она замерла.
— Что хорошо?
— Дам вам карту.
Свекровь мгновенно подобрела.
— Вот видишь. А ты сразу начинаешь.
— Завтра отдам.
— Умница.
Она даже похлопала меня по руке.
И в ту секунду я поняла две вещи.
Первое: Лидия Павловна совершенно уверена, что победила.
Второе: именно поэтому она ничего не заметит.
На следующий день во время обеда я открыла отдельный банковский счёт.
Заказала к нему дополнительную карту.
Положила туда пятнадцать тысяч рублей.
Этой суммы вполне хватало на обещанную нами помощь — десять тысяч на бронь ресторана и несколько тысяч на продукты.
Затем я включила уведомления на каждую операцию.
Снятие наличных запретила.
Покупки в интернете запретила.
А дневной лимит выставила так, чтобы карта позволяла оплачивать еду и ресторан, но начинала возмущаться, как только кому-нибудь приходило в голову приодеться за мой счёт.
Вечером Лидия Павловна пришла за картой.
И не одна.
Следом за ней в квартиру впорхнула Инга — младшая сестра Максима.
Тридцать один год.
Три законченных курса по поиску предназначения.
Ни одного законченного места работы.
— Маришка! — радостно сказала она, сразу направляясь к холодильнику. — Мама сказала, ты помогаешь с юбилеем.
— Немного.
— Ну да, конечно.
Инга достала бутылку моего лимонада.
— Я, кстати, такое платье нашла…
Я уже знала, чем закончится предложение.
— Сколько?
— Тридцать девять.
— Тысяч?
— Ну не рублей же.
Инга засмеялась.
Я тоже.
Только по другой причине.
— Оно просто идеально для маминого юбилея, — продолжила она. — Там спина открытая, цвет шампанского…
— Очень красиво звучит.
— Вот! Я знала, что ты поймёшь. Мам, давай завтра заедем?
Лидия Павловна многозначительно посмотрела на меня.
Я достала из сумки чёрную карту.
— Вот.
В кухне на несколько секунд стало тихо.
Свекровь взяла карту осторожно, почти торжественно.
— Пин-код?
Я назвала четыре цифры.
— И сколько там?
— Достаточно.
Вот тут Лидия Павловна улыбнулась особенно широко.
Самая опасная вещь для жадного человека — не пустой кошелёк.
Самая опасная вещь — неизвестность.
Потому что неизвестность он почти всегда заполняет собственными желаниями.
— Спасибо, Мариночка, — сказала свекровь. — Вот теперь я спокойна.
— Пользуйтесь.
Инга подмигнула мне.
— Золотой человек!
Через пять минут они ушли.
Я закрыла дверь.
Поставила чайник.
Положила телефон рядом.
И стала ждать.
Первое уведомление пришло на следующий день в 10:17.
Операция отклонена. Салон красоты «Монро». 9 800 рублей.
Я улыбнулась.
В 10:26 пришло второе.
Операция отклонена. Бутик «La Donna». 39 900 рублей.
Платье цвета шампанского.
В 10:31 телефон зазвонил.
Лидия Павловна.
Я специально досчитала до трёх.
— Алло?
— Марина! Что у тебя с картой?!
На заднем плане слышалась музыка торгового центра.
— А что случилось?
— Она не работает!
— Совсем?
— Совсем! Мы стоим на кассе!
— Где?
Последовала пауза.
— В магазине.
— В каком?
Ещё одна пауза.
— Одежды.
— Странно.