— Очень странно! — возмутилась она. — Инге платье нужно на юбилей. Карта отклоняет оплату. Перед нами люди стоят, продавщица смотрит!
Я изобразила тревогу.
— Лидия Павловна, кажется, я понимаю.
— Что?!
— На карте стоит защита от подозрительных операций.
— Каких ещё подозрительных?!
— Ну… когда внезапно пытаются оплачивать то, о чём владелец карты не знает.
В трубке стало тихо.
— Но я знаю, что карта у вас для ресторана и продуктов, — продолжила я. — Поэтому такие платежи проходят. А одежда, салоны, косметика — система может считать их подозрительными.
— Какая ещё система?!
— Банковская.
— Так отключи!
— Зачем?
— Марина!
— Вы же не собирались покупать ничего лишнего.
Молчание.
Потом Лидия Павловна произнесла уже значительно тише:
— Мы просто хотели Инге платье посмотреть.
— Посмотреть можно бесплатно.
И отключилась.
Через сорок минут пришло уведомление.
Ресторан «Белый сад». 10 000 рублей. Оплата успешно выполнена.
Вот и прекрасно.
Для того, ради чего карта якобы требовалась, она работала идеально.
Максим вернулся из командировки вечером.
Он зашёл домой, поставил чемодан в прихожей и ещё до того, как снял ботинки, спросил:
— Что ты сделала с маминой картой?
— С какой маминой?
— С той, которую ты ей дала.
Я рассмеялась.
— Во-первых, карта моя.
— Ну ты поняла.
Я поставила перед ним тарелку пасты.
— А что мама сказала?
Максим сел.
— Что ты специально поставила какие-то ограничения, чтобы унизить её перед людьми.
— А про платье Инге сказала?
Он поднял глаза.
— Какое платье?
Я открыла приложение.
Показала отказ на тридцать девять тысяч.
Потом салон красоты.
Максим нахмурился.
— Это что?
— Подготовка к твоей маминой вечеринке.
— Она сказала, что попросила у тебя только помочь с бронью ресторана.
— Вот именно.
Я показала успешное списание десяти тысяч.
— Бронь оплачена.
Максим долго смотрел на экран.
Потом отложил вилку.
— Погоди… То есть они пытались купить Инге платье на твои деньги?
— На наши.
Это подействовало сильнее.
— И мама знала?
— Судя по тому, что стояла рядом с ней у кассы, думаю, подозревала.
Максим откинулся на спинку стула.
Я видела, как у него в голове медленно рушилась привычная конструкция.
Он много лет жил между двумя версиями своей матери.
Первая была для него.
«Сынок, ничего не надо, я сама».
Вторая была для всех остальных.
«Ну вы же не чужие».
— Может, ей правда тяжело финансово? — тихо сказал он.
— Макс.
— Что?
— У твоей мамы на депозите почти миллион.
Он замолчал.
— Откуда ты знаешь?
— Она сама рассказывала три недели назад, когда объясняла мне, почему нельзя держать деньги «в этих ваших акциях».
Максим закрыл глаза.
— Ясно.
— Нет, — сказала я. — Пока ещё не ясно.
— В смысле?
— Через два дня ей платить за банкет.
Он посмотрел на меня.
— Марина…
— Что?
— Мне уже страшно.
— А мне интересно.
Утром в пятницу Лидия Павловна позвонила сама.
Никаких приветствий.
— Сегодня едем за рыбой и мясом. Потом в ресторан. Убери ограничения.
— Хорошо.
— Серьёзно?
— Конечно.
— Все?
— Все.
Она немного помолчала.
Наверное, заподозрила неладное.
Но желание победило осторожность.
— Вот и правильно.
— Хорошего дня.
Я действительно убрала все ограничения.
А потом перевела с карты почти все деньги обратно.
Оставила девятьсот рублей.
Максим наблюдал за мной.
— Это уже жестоко.
— Почему?
— Девятьсот рублей.
— На укроп хватит.
Он попытался не засмеяться.
Не получилось.
В 12:38 пришло уведомление.
Магазин морепродуктов «Каспий». Операция отклонена. Недостаточно средств. 28 700 рублей.
Максим как раз сидел напротив меня в кафе.
Я молча развернула к нему телефон.
— Началось, — сказал он.
Через несколько секунд раздался звонок.
Лидия Павловна.
Я включила громкую связь.
— МАРИНА!
Мы оба вздрогнули.
— Да?
— Что происходит?!
На заднем плане шумели люди.
— Где?
— Здесь!
— Где именно?
— В магазине! У меня рыба на весах, икра пробита, люди стоят! Карта пишет, что денег недостаточно!
Я посмотрела на Максима.
Он едва заметно кивнул.
— А сколько покупка? — спросила я.
— Какая разница?!
— Большая.
— Двадцать восемь тысяч!
Тогда Максим наклонился к телефону.
— Мам.
Тишина.
Такая, что мы услышали писк кассового аппарата.
— Максим?
— Да.
— Ты же в командировке.
— Уже нет.
— А…
— Мам, ты говорила мне, что Марина дала тебе десять тысяч на ресторан.
— Ну…
— Почему ты пытаешься купить рыбу почти на тридцать?
— Потому что это юбилей!
Лидия Павловна мгновенно обрела голос.
— Потому что приедут люди! Потому что мне не двадцать лет! Потому что я не собираюсь ставить на стол селёдку!
— Тогда оплати сама.
Снова наступила тишина.
— Что?
Максим повторил:
— Оплати сама.
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно.