— Милочка, ты только не принимай поспешных решений! Четырнадцать миллионов — это ведь огромная ответственность. Мы с Максимом уже подумали, как правильно распорядиться твоим наследством.
Екатерина медленно опустила чашку на стол.
— Простите, Галина Аркадьевна, а кто именно вас просил распоряжаться моими деньгами?
На другом конце провода повисла тишина.
Ещё месяц назад свекровь называла её бесперспективной провинциалкой, которая удачно пристроилась к её сыну. А теперь разговаривала таким нежным голосом, будто всю жизнь считала Катю любимой дочерью.
Причина перемены была проста: умерла тётя Агния, оставив племяннице небольшой пансионат на Черноморском побережье и четырнадцать миллионов рублей.
Только никто из родственников мужа не подозревал, что вместе с наследством Екатерина получила ещё кое-что.
Письмо, способное навсегда изменить её жизнь.
3
Впрочем, всё началось гораздо раньше.
Семь лет назад Екатерина вышла замуж за Максима, уверенная, что встретила человека, с которым сможет построить счастливую семью.
Он красиво ухаживал, приносил цветы, встречал после работы и говорил, что никогда не позволит никому её обидеть.
Но после свадьбы выяснилось, что слово «никому» не распространяется на его мать.
Галина Аркадьевна была женщиной властной, привыкшей командовать всеми вокруг.
Она могла прийти без предупреждения, открыть холодильник, проверить шкафы и начать переставлять посуду.
— Катенька, ну кто так хранит крупы? — морщилась она. — Тебя мать совсем хозяйству не научила?
Екатерина сначала пыталась объяснять, что ей удобно именно так.
Потом перестала.
Потому что Максим неизменно повторял:
— Не обращай внимания. Мама просто хочет помочь.
Помощь свекрови выглядела своеобразно.
Однажды она выбросила любимые старые чашки Екатерины, назвав их дешёвым хламом.
В другой раз пригласила гостей на день рождения сына, даже не спросив хозяйку квартиры.
А когда Екатерина получила повышение на работе, вместо поздравлений услышала:
— Теперь, наверное, совсем некогда будет о муже заботиться. Карьера карьерой, а женщина должна помнить своё место.
Максим тогда рассмеялся.
— Мам, ну ты как всегда!
И перевёл разговор на футбол.
Екатерина тоже улыбнулась.
Но внутри что-то болезненно сжалось.
Особенно тяжёлым оказался последний год.
Максим потерял часть дохода, начал раздражаться по пустякам и всё чаще советовался с матерью.
Они обсуждали семейный бюджет, покупку автомобиля, отпуск и даже то, сколько Екатерина должна тратить на одежду.
Только саму Екатерину к этим разговорам почему-то не приглашали.
— Мы же семья, — говорил Максим, когда она возмущалась.
— Тогда почему решения принимаются без меня?
— Потому что ты всё воспринимаешь слишком эмоционально.
Эта фраза стала его любимой.
Екатерина постепенно научилась молчать.
А потом умерла тётя Агния.
О смерти родственницы ей сообщила нотариус из небольшого приморского города.
— Екатерина Андреевна, примите соболезнования. Ваша тётя оставила завещание. Вы указаны единственной наследницей.
Катя долго не могла произнести ни слова.
Тётя Агния была младшей сестрой её покойного отца.
В детстве Екатерина проводила у неё каждое лето.
Помнила старую веранду, виноградные лозы, запах свежего хлеба и тётин смех.
Агния никогда не выходила замуж.
Вместо этого она построила собственное дело — уютный пансионат «Белая магнолия», где отдыхали семьи со всей страны.
Когда Екатерина выросла, встречи стали редкими, но они продолжали созваниваться.
Тётя всегда спрашивала не о зарплате и не о семейных обязанностях.
Она спрашивала:
— Катюша, ты счастлива?
И почему-то именно на этот вопрос племяннице становилось всё труднее отвечать.
Теперь Агнии не стало.
А вместе с известием о смерти пришла неожиданная новость.
Двадцать четыре гостевых номера, земельный участок, сад, хозяйственные постройки и четырнадцать миллионов рублей на банковских счетах переходили Екатерине.
Вечером она рассказала мужу.
Максим сначала обнял её.
— Мне очень жаль тётю.
А затем спросил:
— Подожди. Ты сказала четырнадцать миллионов?
— Да.
— И пансионат?
— Да.
Он задумался.
Потом неожиданно улыбнулся.
— Ну наконец-то и на нашей улице праздник!
Екатерина отстранилась.
— Максим, человек умер.
— Я понимаю. Просто теперь мы сможем нормально жить.
На следующий день позвонила свекровь.
— Катюша, родная моя! Как же ты там, бедная девочка? Я так переживаю!
Екатерина удивлённо посмотрела на телефон.
За семь лет Галина Аркадьевна ни разу не называла её родной.
— Спасибо. Мне тяжело.
— Конечно, конечно. А Максим сказал, там у тебя какое-то имущество появилось?
Вот теперь всё стало понятно.
— Да. Но я пока ничего не решила.
— И правильно! Женщине одной такие вопросы не потянуть. Максим разберётся. А я подскажу, как лучше вложить деньги.
Екатерина ничего не ответила.