Нина плакала.
— Сынок, для нас ты всегда был родным.
Но Роман не хотел слушать.
— Вы всю жизнь меня обманывали!
Виктор попытался обнять его.
Сын оттолкнул отца.
— Не трогай меня!
Через четыре дня Роман исчез.
Вместе с деньгами, которые родители откладывали на его учёбу и самостоятельную жизнь.
Оставил записку:
«Не ищите. У меня больше нет семьи».
Первые месяцы Нина почти не спала.
Виктор ездил по знакомым.
Обзванивал друзей сына.
Обращался за помощью в поисках.
Потом пришло короткое сообщение.
«Я жив. Не лезьте ко мне».
Роман был совершеннолетним.
И больше разговаривать не захотел.
Нина всё равно каждый год поздравляла его с днём рождения.
Писала длинные сообщения.
Рассказывала новости.
Спрашивала, как он живёт.
Ответов не было.
Со временем она перестала ждать их ежедневно.
Но окончательно надежду не теряла.
Даже когда умер Виктор, Нина пыталась связаться с сыном.
Хотела сообщить о похоронах.
Роман не приехал.
И тогда она подумала, что больше никогда его не увидит.
Ошиблась.
Он появился в начале апреля.
Нина собиралась поливать цветы, когда в дверь негромко постучали.
На пороге стоял взрослый мужчина.
Высокий.
Немного осунувшийся.
С тёмной щетиной.
В руках — пакет с мандаринами.
— Мам, — тихо сказал он.
Нина выронила лейку.
Вода растеклась по полу.
А она всё смотрела на него и боялась поверить.
— Ромочка?
Он кивнул.
— Прости меня. Я был дураком.
И Нина бросилась его обнимать.
Не спрашивала, где он был.
Не интересовалась, почему молчал.
Не требовала объяснений за потерянные годы.
Просто плакала.
Сын тоже обнял её.
Правда, как-то неловко.
Но Нина не придала этому значения.
Она получила то, о чём мечтала одиннадцать лет.
Роман рассказал, что много путешествовал.
Работал на кухнях ресторанов.
Жил в Краснодаре, Самаре, Новосибирске.
Проходил обучение у поваров.
Теперь хотел начать жизнь заново.
— Устал мотаться, мам. Хочется дома.
Нина сразу предложила ему остаться.
Он занял старую комнату.
Купил продукты.
Навёл порядок.
Починил дверцу шкафа, которую Виктор так и не успел отремонтировать.
Каждое утро готовил завтрак.
— Мам, теперь отдыхай. Я всё сделаю.
Нина не могла нарадоваться.
Звонила Алёне.
— Представляешь, Ромочка вернулся! Какой заботливый стал!
Дочь поначалу обрадовалась.
Но потом осторожно спросила:
— Мам, а чем он собирается заниматься?
— Найдёт работу. Он же только приехал.
— А документы у него в порядке?
— Конечно!
— Он ничего не просил? Денег, например?
Нина обиделась.
— Алёна, это твой брат!
Дочь вздохнула.
— Я просто хочу, чтобы ты была осторожнее.
— Не переживай. Всё хорошо.
И Нина действительно верила, что всё хорошо.
Пока её здоровье не начало стремительно ухудшаться.
Сначала появились головокружения.
Потом тошнота.
Необычная слабость.
Иногда она просыпалась и не могла вспомнить, выключила ли вечером телевизор.
Роман заботливо приносил чай.
Уговаривал больше отдыхать.
— Мам, ты просто переутомилась. Весна, давление, возраст.
Когда Алёна предложила записаться к врачу, Роман неожиданно вмешался в разговор.
— Да зачем гонять маму по больницам? У неё обычная усталость.
Нина тогда согласилась.
Но через несколько дней заметила странную вещь.
После завтраков, которые готовил сын, ей становилось особенно плохо.
Она решила, что организм перестал переносить какие-то продукты.
А потом проснулась ранним утром и увидела Романа у плиты.
Он думал, что мать спит.
Достал из кармана маленький пакет.
Высыпал что-то в кастрюлю.
Перемешал.
И тщательно убрал пакетик.
Нина отступила в коридор.
Не подала виду.
Вернулась в спальню.
А через час сказала, что не хочет завтракать.
Роман неожиданно рассердился.
— Мам, я старался! Ты хоть пару ложек съешь!
Она покачала головой.
— Потом, сынок.
В тот день Нина решила поговорить с соседкой, бывшей медицинской сестрой.
Но не успела выйти.
Роман вернулся раньше обычного.
И она случайно услышала разговор, который навсегда изменил их отношения.
Когда сын вышел из квартиры, Нина ещё несколько минут стояла в кладовке.
Потом медленно открыла дверь.
В прихожей висела его куртка.
У зеркала лежала расчёска.
На полке стояла фотография, сделанная в день его возвращения.
Нина на снимке улыбалась так счастливо, словно за один день помолодела на десять лет.
Она взяла фотографию.
Посмотрела на сына.
И вдруг поняла, что больше не знает этого человека.
Затем подошла к телефону.
Набрала Алёну.
— Мам, привет! — весело ответила дочь. — Как дела?
Нина попыталась заговорить.
Но голос сорвался.
— Алёнушка…
— Мама?
— Мне нужно, чтобы ты меня выслушала. Только не перебивай.
И Нина рассказала всё.
О слабости.
О странном порошке.
О телефонном разговоре.
О квартире, которую сын собирался продать после её смерти.