— А ипотеку кто будет платить? — спросила я.
Мама махнула рукой.
— Осталось-то сколько?
— Три года.
— Вот и будешь платить. Тебе не тяжело.
На несколько секунд я потеряла дар речи.
— Я буду платить ипотеку за квартиру, в которой будет жить Артём?
— Ну ты же старшая сестра, — сказала она так, будто объясняла очевидное.
Артём наконец оживился.
— Поль, не делай трагедию. Мы с Кристиной съём не тянем. Хозяйка опять подняла цену.
— И поэтому вы решили просто забрать мою квартиру?
— Не забрать.
— А что?
Он пожал плечами.
— Семья должна помогать.
Я посмотрела на свой кардиган на Кристине.
— Сними.
Она растерялась.
— Что?
— Мой кардиган.
— Полина, ну это просто кофта…
— Сними.
Она вспыхнула, развернулась и ушла в комнату.
Отец повысил голос:
— Вот именно поэтому с тобой невозможно разговаривать! Только «моё», «моё», «моё»!
Я посмотрела на коробки.
— Вы собрали мои вещи.
— Чтобы тебе было легче переехать.
— Вы вскрыли мою квартиру.
— У матери был ключ.
— Запасной. Для экстренных случаев.
Мама тут же вмешалась:
— Какая разница? Значит, доступ у нас был.
Я медленно кивнула.
— И замок поменяли.
— Да.
— Кто вызвал мастера?
Отец нахмурился.
— Какая тебе разница?
— Интересно.
— Я вызвал.
— А кто сказал мастеру, что имеет право менять замок?
— Я твой отец!
— Я спросила не об этом.
Он раздражённо махнул рукой.
— Сказал, что дочь попросила.
Вот тогда я окончательно успокоилась.
До этого где-то внутри ещё оставалась маленькая надежда.
Глупая.
Детская.
Что сейчас кто-нибудь скажет:
«Мы перегнули».
Что мама вдруг посмотрит на коробки и поймёт.
Что брат хотя бы извинится.
Но вместо этого отец только что спокойно признался, что соврал мастеру от моего имени.
И я поняла:
разговаривать больше не о чем.
— Хорошо, — сказала я.
Они все замолчали.
Мама первая подозрительно прищурилась.
— Что хорошо?
— Я вас услышала.
Отец явно расслабился.
— Вот и молодец. Наконец по-взрослому.
— Я сейчас уйду.
— Правильно. Езжай к Максиму. Завтра заберёте коробки.
— Нет.
Улыбка с его лица исчезла.
— Что «нет»?
— Завтра коробки будут стоять здесь.
Я посмотрела на брата.
— И вы тоже.
— Поль…
— Только уже в присутствии полиции.
Отец рассмеялся.
По-настоящему.
— Какой полиции?
— Обычной.
— Ты родных родителей в полицию сдашь?
— Я собственник квартиры, в которой без моего разрешения сменили замки и начали выносить мои вещи.
Мама ахнула.
— Выносить?! Мы аккуратно упаковали!
— Какая разница?
— Огромная!
Отец сделал шаг ко мне.
— Полина, не позорь семью перед соседями.
— Интересная последовательность.
— Какая?
— Поменять замки в квартире дочери — не позор. Вызвать полицию — позор.
Он зло прищурился.
— Ты просто избалованная эгоистка.
Раньше эта фраза сработала бы.
Я бы ещё полвечера думала:
«Может, действительно я слишком жёсткая?»
Но когда перед тобой стоят коробки с твоей жизнью, подписанные чужой рукой, чувство вины почему-то очень быстро проходит.
— Возможно, — ответила я.
И развернулась к лифту.
— Ты куда?!
— В гостиницу.
— А с квартирой что?
Я посмотрела через плечо.
— Она подождёт.
В лифте телефон снова завибрировал.
«Входная дверь закрыта».
«Зафиксировано открытие шкафа в спальне».
«Нестандартная активность в квартире».
Я открыла приложение.
Система безопасности продолжала работать.
Новый механический замок родители поменяли.
Электронную часть системы — нет.
Потому что они даже не знали, что она существует.
В журнале событий отображалось всё.
Во сколько мать вошла в квартиру.
Когда пришёл мастер.
Когда был открыт электрощит.
Когда Артём приехал с Кристиной.
Когда начали двигать коробки.
У входной камеры сохранились фрагменты.
А микрофон домофона записал часть разговора у двери.
Я нажала «Экспорт журнала».
Потом позвонила Максиму.
— Ты уже дома? — спросил он.
— Не совсем.
— Что случилось?
— Мои родители поменяли замок в моей квартире и поселили туда Артёма.
Молчание длилось секунд пять.
— Повтори.
Я повторила.
— Где ты?
— Внизу.
— Никуда не уходи. Я еду.
— Не надо.
— Поль.
— Правда. Мне нужно сейчас сделать всё правильно, а не эмоционально.
— Ты одна?
— Да.
— Тогда хотя бы оставайся на связи.
— Хорошо.
Следующий звонок я сделала в полицию.
Через сорок минут на площадке снова было людно.
Только теперь рядом со мной стояли двое сотрудников полиции и представитель управляющей компании.
Дверь открыл отец.
Увидев форму, он изменился в лице.
— А это ещё зачем?
Один из сотрудников спокойно спросил:
— Собственник квартиры кто?
Отец сразу заговорил громче.
— Это семейный вопрос.
— Я спросил, кто собственник.
Я подняла документы, которые заранее скачала из облачного хранилища и показала с телефона.
— Я.