— Ой, молодые теперь такие чувствительные!
Андрей засмеялся.
— Мам, не обращай внимания. Она привыкнет.
Марина отложила вилку.
— Я не привыкну. Потому что я не давала согласия.
Тамара Борисовна перестала улыбаться.
— Ты хочешь сказать, что мне нельзя жить рядом с сыном?
— Я хочу сказать, что решение о переезде в мою квартиру должно приниматься с моим участием.
— Андрей, — свекровь повернулась к сыну, — ты слышишь, как со мной разговаривают?
— Марина, извинись, — потребовал он.
— За что?
— За тон.
Марина посмотрела на мужчину, которого собиралась назвать мужем.
— А ты извинишься за то, что обещал мою комнату без моего согласия?
Он промолчал.
Тамара Борисовна тяжело вздохнула.
— Я всю жизнь для сына жила. Видно, теперь стала лишней.
Марина почувствовала привычное желание сгладить конфликт, обнять пожилую женщину, сказать что-нибудь утешительное.
Но на этот раз остановилась.
Потому что поняла: если сейчас согласится из чувства вины, её молчание примут за разрешение.
Через три дня Марина вернулась с работы раньше обычного.
В квартире было тихо. Из спальни доносился голос Андрея.
Он разговаривал с матерью по громкой связи.
— Не переживай, мам. Диван я заказал. Старый Маринин продадим. Он всё равно неудобный. Шкаф привезут в пятницу.
Марина замерла в прихожей.
— А она что? — спросила Тамара Борисовна.
— Да ничего. Поворчит и успокоится. После свадьбы всё станет проще. Я же не могу каждый раз спрашивать разрешения.
— Правильно, сынок. Мужчина должен быть хозяином.
Марина вошла в спальню.
— Хозяином чего, Андрей?
Он резко повернулся.
— Ты давно пришла?
— Достаточно давно. Ты продал мой диван?
— Не продал. Договорился со знакомым. Чего ты начинаешь?
— Этот диван я купила на свою первую большую премию.
— И что? Будем теперь музей из старой мебели делать?
— Ты не имеешь права распоряжаться моими вещами.
Андрей встал.
— Опять началось! Я живу здесь почти год!
— И за весь этот год я ни разу не заставляла тебя чувствовать себя гостем.
— Зато сейчас постоянно напоминаешь, чья квартира!
— Потому что ты постоянно принимаешь решения, на которые не имеешь моего согласия!
Он подошёл ближе.
— Послушай внимательно. После свадьбы мы семья. И если я решил, что моя мать будет рядом, значит, так и будет.
Марина отступила.
Не от страха. От внезапного понимания.
Перед ней стоял не человек, который ошибся и готов исправиться.
Перед ней стоял человек, который искренне считал её мнение временным препятствием.
— Тогда свадьбу придётся отменить, — тихо сказала она.
Андрей рассмеялся.
— Не смеши. Ресторан оплачен, гости приглашены. Ты никуда не денешься.
И именно эта фраза оказалась страшнее всего.
«Ты никуда не денешься».
Он произнёс её с такой уверенностью, словно Марина уже перестала принадлежать самой себе.
В пятницу утром ей позвонила швея.
— Марина, добрый день. Хотела уточнить, оставляем примерку на завтра? Ваш жених вчера сказал, что свадьба, возможно, переносится.
— Что?
— Он попросил пока не заканчивать подгонку платья.
Марина медленно опустилась на стул.
Андрей не только распоряжался её квартирой. Теперь он вмешивался в её личные договорённости, пытаясь управлять даже подготовкой к свадьбе.
Через несколько минут пришло сообщение от Тамары Борисовны.
На фотографии стоял большой светлый шкаф.
«Смотри, какой Андрюша мне выбрал! В твою маленькую комнату идеально подойдёт. Уже жду переезда!»
Марина долго смотрела на экран.
Потом открыла переписку с женихом.
Она хотела написать длинное сообщение, объяснить всё ещё раз, попросить услышать её.
Но внезапно поняла, что уже сказала достаточно.
Вечером она спросила Андрея:
— Ты звонил моей швее?
— Да.
— Зачем?
— Чтобы не выбрасывать деньги, если ты опять начнёшь угрожать отменой.
— И одновременно заказал маме шкаф?
— Марина, я не собираюсь ставить жизнь на паузу из-за твоих капризов.
— Значит, ты уверен, что я всё равно соглашусь?
— А куда ты денешься? До свадьбы неделя с небольшим.
Марина молча вышла из кухни.
В ту ночь она почти не спала.
Она вспоминала их знакомство, первые прогулки, поездку к морю, вечер, когда Андрей сделал предложение.
Тогда он сказал:
— Я хочу, чтобы ты всегда чувствовала себя рядом со мной спокойно.
Теперь она впервые за долгое время чувствовала себя спокойно только тогда, когда он уходил из дома.
В понедельник утром Марина открыла папку со свадебными документами.
Первым был договор с рестораном.
Она набрала номер.
— Доброе утро. Я хочу отменить банкет.
Администратор растерялась.
— Марина Сергеевна, у вас же всё согласовано. Может быть, перенесём?
— Нет. Отменяем окончательно.
— Часть предоплаты не возвращается.
— Я понимаю.
Следом она позвонила фотографу, ведущему, флористке и кондитеру.
Каждый разговор давался тяжело.
Особенно когда пришлось объяснять, что свадебный торт больше не нужен.