На седьмом месяце беременности близнецами босс моего мужа прислал мне фотографию Эрика в ее постели. Спустя несколько часов они сообщили мне об окончательном предательстве — он уходит от меня к ней, а она хочет одного из моих детей в обмен на жилье. Они не знали, что я планировала.
Я была сильно беременна близнецами, когда моя жизнь развалилась на части.
Я складывала крошечные пеленки, мечтая о детских именах, когда зазвонил мой телефон.
Сердце заколотилось, когда я увидела, что это сообщение от босса моего мужа, Вероники. Я сразу же предположила, что с Эриком случилось что-то плохое на работе, но правда оказалась гораздо хуже.
Я открыла сообщение, ожидая узнать о несчастном случае, но обнаружила фотографию Эрика, лежащего в чужой постели без рубашки. Он ухмыляется в камеру.
Если у меня и оставались какие-то сомнения по поводу того, что это значит, то надпись под снимком давала понять: «Пришло время тебе узнать. Он мой».
У меня похолодели руки. Малыши пищали внутри меня, почти чувствуя мою беду. Эрик изменял мне со своим боссом.
Я тут же позвонила Эрику, но трубку сразу же перевели на голосовую почту. Я продолжала пытаться, но ни один из моих звонков не прошел.
3
К этому моменту мне казалось, что близнецы по очереди обращаются с моим мочевым пузырем, как с батутом. Я медленно опустилась на диван и положила руку на живот.
«Спокойно, малыши», — пробормотала я. «Мама всегда будет заботиться о вас. И что бы сейчас ни случилось, я знаю, что папа… Эрик не бросит вас, даже если он предал меня».
Я и представить себе не могла, насколько я ошибалась.
Когда вечером Эрик вернулся домой с работы, он был не один.
Вероника вальсировала, как будто она здесь хозяйка. Высокая, уверенная в себе, одетая в одежду, которая, вероятно, стоила больше, чем наша арендная плата. Она была из тех женщин, которые приковывают к себе внимание одним лишь дыханием.
«Эрик… что это?» Я стоял в гостиной и смотрел на них обоих, стараясь быть сильным, даже если мне казалось, что это не так.
Эрик вздохнул. «Все просто, Лорен. Я люблю Веронику, поэтому я ухожу от тебя. Давай будем взрослыми и не будем устраивать сцен, хорошо?»
Слова обрушились на меня, как физические удары. Каждое из них попало точно в то место, где было больнее всего.
«Ты не можешь говорить серьезно», — прошептала я. «Через два месяца у нас будут дети».
«Жизнь случается», — сказал он, пожав плечами. Пожимание плечами! Как будто он обсуждал изменение планов на ужин, а не бросал свою беременную жену.
Вероника скрестила руки, ее идеально наманикюренные ногти постукивали по дизайнерскому блейзеру.
«И поскольку это квартира Эрика, тебе придется съехать до конца недели».
Я покраснела. «Вы обе с ума сошли? Мне некуда идти! Я ношу ЕГО детей!»
«Близнецы, да?» Она наклонила голову, изучая мой живот с холодным расчетом. «Или это тройняшки? Вы довольно… раздулись. Думаю, я могу предложить вам решение».
Ее губы изогнулись в улыбке, которую, как я полагаю, она приняла за улыбку. «Я сниму тебе дом и оплачу все твои расходы, но я хочу одного из твоих детей».
Моя кровь похолодела. «Что?!»
«Я бы хотела иметь ребенка, но я ни за что не сделаю этого со своим телом». Она провела пальцем по моему животу. «Ты никогда не справишься с воспитанием близнецов в одиночку, так что это беспроигрышная ситуация».
Я не могла поверить в то, что слышала. Эта женщина говорила так, словно речь шла об усыновлении щенка!
«Я буду воспитывать ребенка как своего. У них будут лучшие няни, они будут учиться в лучших школах…» — она погладила Эрика по груди, и он откликнулся на ее прикосновение. «А у тебя будет крыша над головой. Это справедливая сделка».
Эрик кивал, когда она говорила, как будто обмен на одного из наших детей был разумным.
Я не могла дышать. Как они посмели превратить моих детей в разменную монету? Я хотела выгнать их обоих, но они загнали меня в угол. У меня не было ни семьи, ни близких друзей, к которым я могла бы обратиться.
Но тут у меня в голове созрел план.
«Мне больше некуда идти», — прошептала я, заставляя слезы пролиться на глаза. «Я согласна на вашу сделку, но у меня есть одно условие».
Вероника ухмыльнулась. «Умная девочка. Что за условие?»
«Я хочу выбрать, какой ребенок тебе достанется». Я фыркнула, опустив глаза, как будто мне было стыдно. «Просто дай мне время побыть с ними, чтобы решить, кому из них будет лучше жить с тобой».
Она обменялась взглядом с Эриком. Они считали меня побежденной — я видела это по их глазам.
«Хорошо», — согласилась она. «Но не затягивай. Как только они родятся, мы заберем того, кого ты не хочешь».
Я кивнула, вытирая фальшивую слезу. «И… еще кое-что».
Вероника резко вздохнула. «Что теперь?»
«Ты купишь мне дом, а не будешь его снимать», — твердо сказала я. «Мне нужна безопасность. Если ты не согласишься, я уйду, и ты никогда не увидишь ни одного из них».
Эрик насмешливо хмыкнул, но Вероника подняла руку.