Каждое утро Анна входила к мужу ровно в семь.
Таз с тёплой водой.
Чистое полотенце.
Лекарства.
Каша.
Ложка.
Всё по порядку.
Ни одного пропущенного дня.
3
Ни одной жалобы.
Ни одного грубого слова.
Соседи говорили:
— Вот это жена. Другую такую поискать.
Дочь восхищалась:
— Мам, как ты вообще выдерживаешь?
Участковая медсестра однажды сказала:
— Ему с вами повезло.
Анна тогда только посмотрела на неё.
Потому что никто не знал одной маленькой детали.
За полтора года после инсульта она ни разу не взяла мужа за руку просто так.
Не погладила по волосам.
Не поцеловала в щёку.
Не сказала:
— Родной.
И Сергей всё понимал.
Говорить он больше не мог.
Левая половина тела не двигалась.
Но разум остался ясным.
Глаза жили.
И каждый раз, когда жена поправляла ему подушку, он смотрел на неё так, будто хотел попросить о чём-то.
Анна всегда отводила взгляд.
Потому что Сергей изменял ей почти всю их совместную жизнь.
Первый раз она узнала через два года после свадьбы.
Ей было двадцать три.
Сыну не исполнилось и года.
Сергея видели возле магазина с продавщицей Тамарой.
В маленьком посёлке подобные новости разносятся быстрее пожара.
Анна дождалась мужа.
— Это правда?
Он даже не стал отрицать.
Снял куртку.
Поставил ботинки.
— Ань, ну что ты начинаешь?
— Ты был с ней?
— Был.
Она ударила его ладонью по груди.
— Как ты мог?
Сергей усмехнулся.
— Ну мужик я или нет?
Анна смотрела на него и не понимала.
— Я твоя жена.
— Вот именно.
Он обнял её.
— Ты жена. Ты у меня одна. А это… так.
— Как «так»?
— Ничего серьёзного.
Она проплакала всю ночь.
Утром встала.
Сварила кашу ребёнку.
Пошла на работу.
И осталась.
Тогда она ещё думала, что это случилось один раз.
Потом была другая женщина.
Потом третья.
Потом Анна перестала считать.
Она научилась узнавать измену по запаху.
По чужим духам на воротнике.
По слишком тщательно вымытому лицу.
По тому, как Сергей заходил ночью и старался не смотреть ей в глаза.
Сначала он оправдывался.
Позже перестал.
— Ань, ну чего ты?
— Ничего.
— Вот и хорошо.
Иногда он возвращался под утро, ложился рядом и через пять минут храпел.
Анна лежала у стены.
Смотрела в темноту.
Плакать старалась тихо.
Чтобы дети не услышали.
Самое страшное было не в женщинах.
А в том, что со временем Сергей понял:
она никуда не уйдёт.
Дети росли.
Сын Денис.
Дочь Марина.
Анна работала сначала на ферме, потом бухгалтером в сельской администрации.
Тянула дом.
Огород.
Школу.
Болезни.
Родительские собрания.
Сергей тоже работал.
Когда хотел.
Гораздо больше он любил застолья, рыбалку и рассказы о том, какой он ещё «мужчина хоть куда».
Анна слышала.
Молчала.
Однажды Марине было тринадцать.
Она пришла из школы и спросила:
— Мам, папа тебе изменяет?
Анна замерла возле раковины.
— С чего ты взяла?
— Девочки говорят. Их мамы говорят.
Анна резко поставила тарелку.
— Не слушай сплетни.
— Но это правда?
— Он твой отец.
— Мам…
— Всё.
Дочь ушла.
А вечером Анна закрылась в ванной и долго сидела на краю ванны.
Не плакала.
Потому что слёз становилось всё меньше.
Она впервые подумала:
«Я ведь не только себе это позволяю терпеть. Я ещё детям показываю, что так можно».
Но снова осталась.
Когда дети выросли и уехали, Сергей не изменился.
Анна почему-то надеялась:
старость успокоит.
Не успокоила.
Ему было уже за шестьдесят, а он всё ещё ухаживал за вдовами, разведёнными женщинами и одной поварихой из соседнего села.
Однажды Марина приехала к матери и не выдержала.
— Мам, разведись.
Анна продолжала чистить картошку.
— Зачем?
— Ты серьёзно?
— Совершенно.
— Он всю жизнь тебя унижал!
Анна подняла глаза.
— Марин, я всё знаю.
— Тогда почему остаёшься?
Она подумала.
— Потому что теперь это мой выбор.
Дочь рассердилась.
— Какой выбор? Так жить?
— Да.
— Но зачем?
Анна снова взялась за картошку.
— Потому что я уже давно живу не ради него.
Марина тогда не поняла.
Поняла позже.
Инсульт случился зимой.
Сергей вышел чистить снег.
Сосед увидел, как он вдруг выронил лопату и упал лицом в сугроб.
Скорая приехала быстро.
Врач сказал:
— Обширный инсульт.
Анна стояла в больничном коридоре.
— Что будет?
— Речь, скорее всего, не восстановится. Левая сторона парализована. Уход нужен постоянный.
Дети предложили сиделку.
Марина сказала:
— Мам, ты не справишься.
— Справлюсь.
— После всего, что он тебе сделал?
Анна посмотрела на дочь.
— Сейчас он беспомощный человек.
— И?
— И я не брошу беспомощного человека.
— Даже его?
— Даже его.
Она забрала Сергея домой.
Купила специальную кровать.
Пелёнки.
Подгузники.
Противопролежневый матрас.
Училась переворачивать.