Он невольно посмотрел на пакет.
И этим выдал себя.
Алина закрыла глаза.
— Господи…
— Алина, послушай.
— Нет. Теперь ты послушай.
Она открыла глаза.
В них стояли слёзы.
Но голос оставался твёрдым.
— Я два месяца училась жить заново. Сама починила кран. Сама ездила к директору школы, когда Саша подрался из-за отца. Сама стояла у банка и думала, хватит ли денег до зарплаты. Я каждый день заставляла себя вставать.
Она коснулась ладонью груди.
— И только начала понимать, что могу.
Егор хотел сказать что-то, но она подняла руку.
— А тут приходишь ты. Со своим пакетом. Со своей любовью. Со словами: «Я всё решу».
Она посмотрела прямо на него.
— А если я не хочу, чтобы меня решали?
Егор молчал.
— Если хочешь сделать для меня хоть что-то хорошее, — сказала Алина, — уходи.
— Алин…
— Просто уходи.
И закрыла дверь.
На крыльце Егор простоял минуты две.
Может, пять.
Потом медленно спустился.
Пакет так и остался у него в руке.
Снег хрустел под ботинками.
Возле магазина ему попались знакомые.
— Здорово!
Он даже не ответил.
Дома Егор поставил пакет на стол.
Вытащил конструктор.
Наушники.
Платок.
Коробочку с серьгами.
И впервые посмотрел на всё это глазами Алины.
Это были не подарки.
Это были доказательства.
Доказательства того, каким хорошим мужем он собирался стать.
Каким щедрым.
Каким надёжным.
Каким правильным.
Лучше Романа.
Вот что ему было нужно.
Не просто любить Алину.
Победить человека, который даже не знал, что участвует в соревновании.
Егор сел.
Закрыл лицо руками.
И просидел так до темноты.
Через четыре месяца он уехал.
Продал дом не стал — просто запер.
Перевёлся работать в другой район.
Никому ничего не объяснял.
Алина узнала об этом случайно.
И неожиданно для себя всю ночь не спала.
Она вспоминала его лицо на крыльце.
Его растерянность.
Пакет в руках.
И свою фразу:
«Ты готовился не помочь мне. Ты готовился получить меня».
Правильно ли она сказала?
Да.
Было ли ей его жалко?
Тоже да.
Но возвращать ничего она не стала.
У каждого человека есть слова, которые он должен однажды услышать.
Даже если больно.
Прошло почти два года.
Роман несколько раз пытался вернуться.
Первый раз написал:
«Как дети?»
Алина ответила:
«У них есть телефоны».
Второй раз приехал лично.
Городская любовь к тому моменту закончилась.
Он стоял возле калитки, похудевший и какой-то постаревший.
— Может, попробуем сначала?
Алина посмотрела на него и вдруг поняла, что ничего не чувствует.
Ни злости.
Ни любви.
Ни желания отомстить.
— Нет.
— Из-за Егора?
Она даже удивилась.
— Причём здесь Егор?
Роман усмехнулся.
— Думаешь, я не замечал, как он на тебя смотрел?
Алина ничего не ответила.
Но вечером впервые за два года нашла номер Егора.
Долго смотрела.
Так и не позвонила.
А через месяц случилась беда.
Саша возвращался вечером от друга на мотоцикле.
На повороте выскочила собака.
Он дёрнул руль.
Мотоцикл занесло.
Когда Алине позвонили, сына уже везли в районную больницу.
Она примчалась туда, не помня дороги.
Перелом ноги.
Сотрясение.
Врач сказал, что серьёзной угрозы нет.
Только тогда она смогла дышать.
И именно в коридоре больницы увидела Егора.
Он шёл навстречу в рабочей куртке.
Остановился.
— Алина?
Она смотрела на него, не понимая.
— Ты что здесь делаешь?
— Работаю недалеко. Заехал к сотруднику.
Потом заметил её лицо.
— Что произошло?
— Саша разбился.
Через час Егор договорился с врачом.
Через два нашёл нужные лекарства.
Ночью съездил за Лерой.
Утром привёз Алине кофе и бутерброды.
Он ничего не спрашивал.
Не говорил:
«Я же обещал помогать».
Не пытался взять её за руку.
Не напоминал о прошлом.
Когда стало понятно, что Саша поправится, Егор сказал:
— Ну всё. Мне пора.
Алина вышла за ним на улицу.
— Егор.
Он обернулся.
— Спасибо.
— Не за что.
И пошёл к машине.
— Подожди.
Он остановился.
Алина смотрела на него и вдруг поняла, что два года назад ждала от него именно этого.
Не красивой рубашки.
Не пакета.
Не признания.
Не обещания решить её жизнь.
Просто человека рядом.
Без условий.
— Ты изменился, — сказала она.
Егор улыбнулся.
— Ты мне тогда хорошо объяснила.
— Злился?
— Очень.
— На меня?
Он немного подумал.
— Сначала на тебя. Потом на себя.
— А сейчас?
— Сейчас нет.
— Ты всё ещё…
Она не договорила.
Егор понял.
И впервые за десять с лишним лет ответил не так, как мечтал ответить когда-то.
— Это уже не имеет значения.
И уехал.
Алина ещё долго стояла возле больницы.
Почему-то именно эти слова задели её сильнее прежнего признания.
Прошла осень.
Потом зима.
Они иногда переписывались.
Редко.
Егор спрашивал, как Сашина нога.
Алина поздравила его с Новым годом.