— Конечно. Она сказала, чтобы мы не учили её работать.
Я несколько секунд молчала.
Раньше я уже ехала бы в салон.
Открывала заказ.
Звонила дизайнеру.
Исправляла.
Спасала.
Но теперь это было не моё дело.
— Выполняйте официальную спецификацию заказчика.
— Но там ошибка!
— Тогда запросите письменное подтверждение.
— А вы не можете поговорить с Андреем?
— Нет.
— Понимаю.
Он вздохнул.
— Жалко хороший заказ.
Мне тоже было жалко.
Но ещё сильнее мне было жалко пятнадцать лет собственной жизни, в течение которых я считала, что без меня всё рухнет, а потому обязана постоянно всё спасать.
Через неделю позвонил знакомый водитель.
Потом замерщик.
Потом один из монтажников.
Я отвечала всем одинаково:
— Я больше не работаю в салоне.
Новости всё равно доходили до меня.
Вероника решила, что логистика — элементарная вещь.
Заказала три машины через разные службы.
Две приехали одновременно и перекрыли въезд во двор.
Третью отправили обратно, потому что никто не подготовил документы на получение груза.
Салон получил штраф.
Сборщики потеряли день.
Клиенты начали требовать компенсации.
Следом неправильно заказали шкаф.
Замерщик специально красной ручкой написал:
«ОСТАВИТЬ 50 ММ ПОД НАТЯЖНОЙ ПОТОЛОК».
Вероника решила, что это несущественно.
Шкаф приехал.
Не влез.
Заказчик приехал следом.
По рассказам менеджера, его было слышно с улицы.
Вероника продержалась семь минут.
Потом расплакалась и ушла.
Андрей сам разбирался с заказчиком.
Переделка стоила ему серьёзных денег.
На двадцать девятый день мне пришло письмо.
Подписанный договор аренды.
Вечером — первый платёж.
Я сидела на кухне с чашкой кофе и смотрела на банковское уведомление.
Пятнадцать лет я бесплатно выполняла функции администратора, логиста, закупщика, специалиста по рекламациям и человека, который тушит любой пожар.
А теперь получала хорошие деньги просто потому, что Андрею нужен был мой квадратный метр.
Какая удивительная арифметика.
Когда бесплатное становится платным, люди внезапно узнают его настоящую стоимость.
На втором месяце Андрей нанял профессиональную управляющую.
Женщина была опытной.
И сразу обозначила условия:
высокий оклад плюс процент.
Андрей согласился.
Выбора у него не было.
Теперь он каждый месяц платил мне за помещение и ей — за работу, которую раньше совершенно бесплатно выполняла жена.
Вероника этим была недовольна.
Она представляла управление салоном иначе.
Красивое платье.
Капучино.
Каталоги.
Обсуждение оттенков.
Фотографии для социальных сетей.
Вместо этого получила рекламации, задержки, замеры, разгрузки, счета и орущих клиентов.
Очень быстро интерес к бизнесу у неё исчез.
А потом наступил день нашего первого официального разговора о разделе имущества.
Мы встретились у моего юриста.
Андрей выглядел плохо.
Под глазами тени.
Щетина.
За два месяца он будто постарел на пять лет.
Юрист спокойно перечислил имущество, приобретённое в браке.
Недостроенный загородный дом.
Два автомобиля.
Сбережения.
Андрей кивнул.
— Дом продаём. Деньги пополам. Машины каждый оставляет себе, разницу компенсирую.
— Согласна, — сказала я.
Он явно обрадовался.
Слишком рано.
Юрист перевернул страницу.
— Теперь имущество, использовавшееся в предпринимательской деятельности.
Андрей поднял голову.
— В смысле?
— Выставочные образцы, техника, оборудование и прочие активы, приобретавшиеся в период брака.
Андрей посмотрел на меня.
— Лена?
— Что?
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
— Ты хочешь забрать половину салона?
— Нет. Бизнес остаётся тебе.
— Тогда чего ты хочешь?
Юрист ответил вместо меня:
— Компенсацию за долю имущества.
Я никогда не забуду взгляд Андрея.
В нём было всё.
Злость.
Усталость.
Обида.
И почти детское непонимание.
Будто правила, которые он прекрасно принимал, пока они работали в его пользу, внезапно стали несправедливыми.
— Ты решила меня уничтожить.
Я покачала головой.
— Андрей, я вообще больше ничего с тобой не делаю. Ни уничтожаю, ни спасаю.
— Не ври.
— Я просто перестала отдавать тебе своё бесплатно.
Он долго смотрел на меня.
И впервые ему нечего было ответить.
К третьему месяцу салон начал тонуть.
Ошибка с кухней для Черновых наконец доехала до клиента.
Когда монтажники распаковали фасады и вместо натурального дуба заказчики увидели дешёвую плёнку, начался настоящий скандал.
Заказ пришлось полностью переделывать.
За свой счёт.
Плюс компенсация.
Потом выяснилось, что Вероника не оплатила вовремя крупный счёт за импортную фурнитуру.
Поставки остановились.
Сроки посыпались один за другим.
Пошли претензии.
Неустойки.
Возвраты.
Андрей начал задерживать зарплаты монтажникам.
Две лучшие бригады ушли.
Клиенты звонили уже не с вопросом:
«Когда мебель?»
А со словами:
«Мой юрист подготовил претензию».