Я проснулась в субботу в девять утра.
Никто не требовал завтрак.
Никто не возмущался, что кофе слишком крепкий.
Никто не комментировал мой халат.
Я спокойно приготовила себе омлет.
Включила музыку.
Открыла окна.
А потом сделала то, о чём мечтала несколько лет.
Купила огромную бирюзовую вазу.
Аркадий всегда называл подобные вещи «эстетическим преступлением».
Я поставила её на журнальный столик.
Отошла на несколько шагов.
И рассмеялась.
Как же мало иногда нужно для счастья.
Затем достала старые акварельные краски.
Когда-то я очень любила рисовать.
Но муж считал мои картины «милым домашним рукоделием, не имеющим художественной ценности».
Постепенно я перестала доставать кисти.
Теперь разложила всё прямо на кухонном столе.
И впервые за много лет нарисовала то, что захотелось.
Небольшой дом у моря.
С открытыми окнами.
И женщиной на балконе.
На седьмой день раздался телефонный звонок.
Номер был незнакомый.
— Алло?
На другом конце кто-то тяжело дышал.
Потом послышался молодой женский голос.
— Светлана Викторовна?
— Да.
— Это Милана.
Я замерла.
— Слушаю.
— Простите, что звоню. Я понимаю, что вы меня ненавидите…
— Не уверена, что вообще достаточно хорошо тебя знаю для таких сильных чувств.
Она всхлипнула.
— Мне очень нужно с вами встретиться.
— Зачем?
Наступила пауза.
Потом девушка неожиданно выпалила:
— Заберите Аркадия обратно! Пожалуйста! Я больше не могу!
Я едва не уронила телефон.
— Прости, что?
— Он живёт у меня неделю! Всего неделю! А я уже боюсь возвращаться домой!
Я присела на диван.
— Милана, что произошло?
— Он заставил меня три раза перестирывать рубашки, потому что они якобы пахнут не той свежестью! Вчера потребовал гладить ему футболки по особой схеме! А сегодня устроил скандал, потому что я поставила чашку справа от его тарелки!
Я невольно улыбнулась.
Знакомая история.
— А ещё, — продолжала Милана, — он заявил, что моя работа мешает его духовному развитию!
— Ты ведь иллюстратор?
— Да! Я делаю рисунки для детского издательства. А он говорит, что настоящая муза не должна отвлекаться на коммерческие заказы!
Я посмотрела на свои акварельные краски.
Стало уже не смешно.
— Милана, давай встретимся и поговорим.
Мы договорились встретиться в маленьком кафе возле парка.
Милана пришла раньше.
Когда я вошла, сразу заметила её у окна.
Хрупкая девушка.
Светлые волосы собраны в небрежный пучок.
Под глазами тёмные круги.
На лице — выражение человека, который не спал несколько ночей.
Она встала.
— Здравствуйте.
— Привет, Милана. Садись.
Несколько минут она нервно крутила ложку.
Потом начала рассказывать.
Аркадий переехал к ней с двумя чемоданами и огромными требованиями.
В первый день заявил, что в её квартире необходимо изменить расстановку мебели.
Во второй потребовал убрать с полок детские рисунки.
— Они создают визуальный шум, — процитировала девушка.
В третий день раскритиковал её друзей.
На четвёртый объявил, что Милане нужно научиться готовить «достойные блюда для интеллектуального человека».
На пятый потребовал, чтобы она перестала носить дома спортивные штаны.
На шестой устроил двухчасовую лекцию о неправильном выборе постельного белья.
А утром седьмого дня заявил:
— Если ты хочешь быть рядом с мужчиной моего масштаба, тебе придётся полностью пересмотреть свои привычки.
Милана закрыла лицо ладонями.
— Светлана Викторовна, я думала, он необыкновенный человек! Он так красиво говорил! Цитировал философов! Рассказывал о своей книге!
Я осторожно спросила:
— А сколько страниц он написал?
Она подняла голову.
— Каких страниц?
— Книги.
— Он говорит, что пока работает над концепцией.
Я не удержалась и рассмеялась.
— Милана, над этой концепцией он работает почти пятнадцать лет.
Девушка уставилась на меня.
— Пятнадцать?!
— Да. За это время он успел трижды сменить название и дважды потерять блокнот с планом.
Мы обе засмеялись.
И впервые за весь разговор она немного расслабилась.
Потом Милана вдруг стала серьёзной.
— Он говорил, что вы его не понимали. Что вы холодная, равнодушная женщина. Что всю жизнь мешали ему развиваться.
Я спокойно кивнула.
— Возможно, ему было удобно так рассказывать.
— Простите меня.
Я посмотрела на девушку.
— За что?
— Я знала, что он женат. Он говорил, что ваш брак давно закончился, что вы просто живёте рядом.
Я отпила кофе.
— Наши отношения действительно были плохими. Но это не оправдывает обман и измену.
Она опустила голову.
— Я поступила неправильно.
— Да, Милана. Но сейчас важно не только признать ошибку, а решить, как ты будешь жить дальше.
Девушка посмотрела на меня с надеждой.
— Вы правда не хотите его вернуть?
Я улыбнулась.
— А ты бы хотела получить обратно вещь, которую отдала, потому что она перестала работать, а потом узнала, что она ещё и занимает весь дом?