Потом на жену.
Потом снова на пиво.
И тяжело вздохнул.
Тётя Тамара сказала:
— Я вообще-то три часа сюда ехала.
Свекровь обрадовалась.
— Вот! Тамара понимает!
— Не понимает.
— Что?
— Я есть хочу.
Свекровь растерялась.
— Так…
Тётя Тамара ткнула пальцем в ведро.
— Это хотя бы пожарить можно?
Я пожала плечами.
— Теоретически.
Она рассмеялась.
— Тогда жарьте.
Свекровь посмотрела на сестру так, будто та предала родину.
— Ты собираешься это есть?!
— А что мне, обратно голодной ехать?
Потом Тамара посмотрела на меня.
— Ирина, ты же что-то себе нормальное купила?
Я улыбнулась.
— Купила.
Свекровь прищурилась.
— В смысле?
Я подошла к холодильнику.
Достала кастрюлю.
Открыла крышку.
По кухне сразу пошёл запах мяса, лука и специй.
Костя издал звук, похожий на стон.
Денис рассмеялся.
— Так вот где нормальный шашлык!
— Наш.
Свекровь медленно произнесла:
— Наш?
— Мой и Дениса.
— А нам?
Я указала на пластиковые ведёрки.
— У вас «Дачный».
Тётя Тамара вдруг громко расхохоталась.
— Галя, ну ты попала.
Свекровь в итоге уехала.
Вместе с Лерой.
Костя очень хотел остаться, но жена буквально вытащила его за локоть.
Тётя Тамара не поехала.
— Я старая уже для семейных демонстраций, — заявила она. — Я шашлык есть приехала.
Мы остались втроём.
Я.
Денис.
И московская тётя Тамара, которую мне ещё утром преподносили как королевскую особу, привыкшую к «уровню сервиса».
Она оказалась совершенно нормальной женщиной.
Ела свиную шею.
Хвалила салат.
Попросила рецепт маринада.
А потом неожиданно сказала:
— И правильно ты сделала.
Я удивилась.
— Что именно?
— С Галкой.
Денис кашлянул.
— Тёть Тамар…
— Молчи.
Она махнула рукой.
— Я её семьдесят лет знаю. Если ей один раз позволить сесть на шею, она потом ещё и пятками по бокам стучать будет.
Я не выдержала и рассмеялась.
Вечер неожиданно получился прекрасным.
Тихим.
Без криков.
Без требований.
Без длинных списков.
Когда Тамара уехала, мы с Денисом остались на веранде.
Он налил вина.
— Ты сердишься?
— За что?
— Что я сразу утром не остановил эту историю.
Я посмотрела на него.
— Немного.
— Справедливо.
— Но сегодня ты справился.
Он улыбнулся.
— Экзамен сдал?
— На троечку с плюсом.
— Почему не пять?
— Потому что надо было догадаться ещё на словах «мама велела».
Мы чокнулись бокалами.
И тут телефон Дениса зазвонил.
Мама.
Он посмотрел на экран.
— Не бери, — сказала я.
— Не буду.
Звонок закончился.
Сразу пришло сообщение.
Денис прочитал.
Лицо изменилось.
— Что?
Он ничего не сказал.
Протянул телефон.
Я прочитала:
«Раз вы такие самостоятельные, значит, и с дачей сами разбирайтесь. Завтра приеду за документами».
Я подняла глаза.
— За какими документами?
Денис нахмурился.
— Не знаю.
Через минуту пришло второе сообщение:
«И не думайте, что дача ваша. Земля оформлена не так, как вы думаете».
Я почувствовала неприятный холод.
— Денис.
— Что?
— На кого оформлен участок?
Он молчал.
— Денис?
— Я всегда думал, что на нас.
— Думал?
— Папа когда-то говорил…
— Ты выписку видел?
Он опустил глаза.
Нет.
Конечно нет.
Финансовый аналитик внутри меня снова проснулся.
— Дай адрес участка.
— Зачем?
Я уже открывала телефон.
— Потому что сегодняшняя мраморная говядина, похоже, была только закуской.
На следующее утро Светлана, моя знакомая юрист, перезвонила раньше восьми.
— Ира.
По её голосу я сразу поняла:
что-то не так.
— Нашла?
— Нашла.
— Ну?
Пауза.
— Дача действительно не ваша.
Я села.
— На свекровь?
— Нет.
— На кого тогда?
— Вот здесь начинается самое интересное.
— Свет, не тяни.
Она вздохнула.
— Собственник — совершенно другой человек.
— Какой ещё человек?
— Мужчина.
— Кто?
Я услышала шорох бумаг.
— Виктор Аркадьевич Мельников.
Имя мне ничего не сказало.
Зато Денис, стоявший рядом, вдруг побледнел.
— Что? — спросила я.
Он медленно сел напротив.
— Это…
— Кто?
Муж провёл рукой по лицу.
— Мамин первый муж.
Я замерла.
— Но твой отец…
— Не он.
Тишина.
— Денис, твоя мама говорила, что участок принадлежит вашей семье.
— Всю жизнь.
Телефон снова звякнул.
На этот раз сообщение пришло мне.
От Галины Эдуардовны.
Всего одна фраза:
«Раз уж полезла в документы — спроси мужа, почему он никогда не рассказывал тебе, кто на самом деле построил эту дачу».
Я медленно подняла глаза на Дениса.
— Что она имеет в виду?
Он не ответил.
И по его лицу я поняла:
он знает.
— Что она имеет в виду?
Денис не ответил.
И вот это молчание мне не понравилось гораздо больше, чем сообщение его матери.
Потому что одно дело — когда свекровь пытается напугать тебя загадочными документами.