— У тебя ровно минута, Вера! Или моя мать остаётся жить с нами, или я собираю вещи, ухожу и забираю всё, что мне принадлежит!
Антон стоял посреди гостиной, красный от злости. На диване сидела его мать Тамара Григорьевна, демонстративно прижимая к груди платочек.
Вера медленно поставила чашку на стол.
— Всё?
— Что «всё»? — раздражённо переспросил муж.
— Ты действительно собираешься забрать всё?
— Именно! Машину, мебель, технику! Всё, на что я потратил свои деньги! И не думай, что я оставлю тебя жить в этой квартире просто так!
Свекровь довольно выпрямилась.
3
— Вот правильно, сынок! Пусть знает, как с твоей матерью разговаривать! А то привыкла командовать!
Вера посмотрела на женщину, которая последние пять лет методично превращала её жизнь в бесконечную проверку на терпение.
Потом перевела взгляд на мужа.
И неожиданно улыбнулась.
— Хорошо, Антон. Я согласна.
Он замер.
— На что согласна?
— На твои условия. Собирай вещи.
— Ты шутишь?
— Нет. Только прежде чем начнёшь выносить мебель, я покажу вам один документ.
Вера подошла к шкафу и достала старую синюю папку.
Тамара Григорьевна сразу перестала улыбаться.
Она ещё не знала, что именно лежит внутри.
Но уже чувствовала: сегодняшний вечер пойдёт совсем не по её плану.
Шесть лет назад Вера выходила замуж за совершенно другого человека.
Антон был внимательным, весёлым и умел делать маленькие неожиданности. Мог приехать после работы с букетом полевых цветов или приготовить ужин, пока она задерживалась в больнице.
Вера работала старшей медицинской сестрой в частной клинике. Работа была тяжёлой, но любимой.
Свою двухкомнатную квартиру она купила ещё до знакомства с Антоном.
Несколько лет откладывала деньги, брала дополнительные смены, отказывала себе в отпусках. Часть суммы ей оставила бабушка.
Квартира была небольшой, зато собственной.
Светлая кухня, широкий подоконник, балкон с видом на старый сквер.
Вера помнила, как впервые вошла сюда с ключами.
Тогда она долго стояла посреди пустой комнаты и смеялась от счастья.
После свадьбы Антон переехал к ней.
Поначалу всё было прекрасно.
Но постепенно в их доме появился третий человек.
И нет, речь шла не о ребёнке.
Речь шла о Тамаре Григорьевне.
Свекровь жила в соседнем городе и считала своим долгом регулярно проверять, правильно ли невестка заботится о её единственном сыне.
Сначала она приезжала на выходные.
Потом оставалась на неделю.
Позже стала появляться без предупреждения.
У неё имелось мнение буквально обо всём.
— Вера, почему полотенца висят не по цветам?
— Ты опять купила этот порошок? У Антоши от него аллергия!
— Что за суп? Мой сын привык к нормальной еде!
— Зачем тебе новая куртка? Лучше бы мужу рубашку купила!
Однажды Вера вернулась после тяжёлой смены и обнаружила, что свекровь выбросила её любимые комнатные растения.
— От них одна пыль! — объяснила Тамара Григорьевна. — Я тебе хорошие искусственные цветы привезла.
Вера тогда впервые серьёзно поссорилась с мужем.
— Антон, она выбросила цветы, которые мне подарила бабушка!
— Вер, ну не начинай. Мама хотела как лучше.
Эта фраза постепенно стала семейным девизом.
Мама хотела как лучше.
Мама не со зла.
Мама просто переживает.
Мама пожилой человек.
И каждый раз выходило, что обидеть Веру можно, а огорчить Тамару Григорьевну нельзя.
Последней каплей стала пятница.
Вера вернулась из клиники раньше обычного. У неё страшно болела голова, и заведующая разрешила уйти домой.
Она мечтала только об одном: принять душ, выпить чай и немного поспать.
Но у двери её ждал сюрприз.
На площадке стояли три огромных чемодана.
А рядом — Тамара Григорьевна.
— Ну наконец-то! — воскликнула свекровь. — Я уже двадцать минут жду!
— Тамара Григорьевна? Что случилось?
— Ничего не случилось. Я переезжаю.
Вера решила, что ослышалась.
— Куда?
— К вам, конечно! Антоша разве не сказал?
Свекровь протиснулась в квартиру и покатила чемодан по коридору.
— Я свою квартиру сдала. Очень удачно, между прочим. Хорошие люди, сразу за полгода заплатили.
— Подождите. Вы сдали квартиру?
— Да.
— И собираетесь жить здесь?
— А что такого? У вас две комнаты. В одной будете вы, во второй я. Семья должна держаться вместе.
Вера почувствовала, как в висках усиливается боль.
— Но мы это не обсуждали.
— Вот вечно ты всё усложняешь! — отмахнулась свекровь. — Сын согласен. А значит, вопрос решён.
Она открыла дверь спальни.
— Так, эту комнату я заберу себе. Здесь солнечная сторона, мне полезно.
— Это наша спальня.
— Значит, переедете в маленькую. Молодым много места не требуется.
Вера закрыла глаза.
На секунду ей захотелось просто выйти из квартиры и больше не возвращаться.
Но затем она вспомнила, сколько сил вложила в эти стены.
И поняла, что уходить не должна именно она.
— Тамара Григорьевна, поставьте чемоданы в прихожей. Пока Антон не вернётся, никто никуда не переселяется.