— А гладильная доска у вас где?
Это были первые слова Тамары Петровны, когда она переступила порог моей квартиры.
Не «здравствуй».
Не «спасибо, что приняли».
Не «куда поставить чемоданы».
Сразу гладильная доска.
Я стояла в прихожей и смотрела на свекровь, которая уже успела снять пальто и натянуть поверх платья свой знаменитый цветастый халат.
За ней топтался мой муж Вадим.
3
С виноватой улыбкой человека, который заранее решил, что всё объяснять придётся мне.
У двери громоздились два огромных чемодана, три сумки, коробка с кастрюлями и подозрительно большой пакет домашних тапочек.
— В кладовке, — ответила я.
Свекровь нахмурилась.
— А почему там?
— Потому что удобно.
— У нас она всегда в коридоре стояла.
Она повернулась к сыну:
— Вадик, потом переставишь.
Муж кивнул.
Вот в этот момент я окончательно поняла, что происходит что-то очень неправильное.
— Подождите, — сказала я. — Вы надолго?
Тамара Петровна удивлённо подняла брови.
— Как это — надолго?
И улыбнулась.
— Мы теперь вместе жить будем.
Я посмотрела на Вадима.
Он вдруг очень заинтересовался шнурками своих ботинок.
— В каком смысле «вместе»?
— В обычном, — ответила свекровь. — Три комнаты. Места полно.
— Вадим?
Он кашлянул.
— Лен, ну мама одна. Ей тяжело.
— И ты решил перевезти её сюда?
— Не совсем я…
— А кто?
Тамара Петровна вмешалась:
— Сын хозяин в доме. Он и решил.
Я чуть не рассмеялась.
Хозяин.
Квартира досталась мне от бабушки задолго до свадьбы.
Ремонт оплачивала я.
Ипотек здесь не было.
Документы лежали в моём сейфе.
Вадим три года жил со мной.
Но в присутствии матери он мгновенно превращался в двенадцатилетнего мальчика, которого спрашивают, надел ли он шапку.
— Со мной это никто не обсуждал, — сказала я.
Свекровь пожала плечами.
— Ну обсудим теперь. Что уже стоять в прихожей?
И прошла внутрь.
Той ночью я почти не спала.
За стеной двигали мебель.
В половине первого что-то тяжело упало.
Потом раздался голос Тамары Петровны:
— Вадик! Этот комод сюда вообще не подходит!
Я повернулась к мужу.
— Ты слышишь?
— Слышу.
— Твоя мать переставляет мою гостиную.
— Она просто хочет устроиться.
— Насовсем?
Вадим вздохнул.
— Лена, пожалуйста. Только не начинай.
Это была его любимая фраза.
«Не начинай».
Когда мать звонила в семь утра.
Когда выбирала нам шторы.
Когда объясняла, как правильно варить борщ.
Когда однажды без спроса выбросила мой старый сервиз, потому что «советский хлам».
Я три года не начинала.
Утром вышла на кухню и увидела, что моей кофемашины нет.
На её месте стояла древняя турка с треснувшей ручкой.
На холодильнике висела записка:
«Кофе из машинки вредный. Будем пить нормальный».
Я молча нашла кофемашину в нижнем шкафу.
Вернула обратно.
Сварила кофе.
Тамара Петровна появилась минут через двадцать.
— Мне яичницу.
Я повернулась.
— Что?
— Яичницу сделай. Вадик тоже будет.
Муж как раз вошёл на кухню.
— Мам, я сметану забыл купить.
— Ничего. Лена вечером принесёт.
Свекровь открыла холодильник.
— Что это за творог?
— Творог.
— Обезжиренный.
— Да.
— Вадик, ты этим питаешься?
Я допила кофе.
Поставила чашку в мойку.
— Я ухожу на работу.
— А яичница?
— Сковородка в шкафу.
Она посмотрела на меня так, словно я предложила ей зарезать курицу голыми руками.
На работе я не могла сосредоточиться.
Перед глазами стояли чемоданы.
Халат.
Моя кофемашина.
И Вадим, который молчал.
В обед позвонила подруга Аня.
— Ну что, гости освоились?
— Они не гости.
— В смысле?
— Они переехали.
Пауза.
— Насовсем?
— По их версии — да.
— А Вадим?
Я усмехнулась.
— А Вадим, как всегда, ждёт, когда проблема сама рассосётся.
Телефон завибрировал.
Сообщение от свекрови:
«По дороге купи куриные бёдра. Грудка сухая. И нормальную сметану. Только не пятнадцатипроцентную».
Я посмотрела на экран.
И вдруг внутри стало удивительно спокойно.
После работы я зашла не в магазин.
А в управляющую компанию.
Потом позвонила знакомому электрику.
На следующий день утром, когда Вадим уехал за продуктами по маминому списку, пришёл мастер.
Через двадцать минут часть электрических линий в ванной и гостевой комнате была отключена «для диагностики».
Следом сантехник перекрыл воду в гостевом санузле.
Я заплатила.
Оделась.
И пошла гулять.
Позвонили через час.
— Елена!
Тамара Петровна кричала так, что мне пришлось отодвинуть телефон от уха.
— Тут воды нет!
— Бывает.
— И свет в комнате не работает!
— Наверное, проводка.
— Мне Вадик сказал, управляющая компания всё отключила по заявлению собственника!
Я сделала глоток кофе.
— Значит, всё правильно.
— Это ты?!
— Вернусь — поговорим.
Когда я пришла домой, атмосфера была такая, что даже кот соседей, кажется, боялся проходить мимо двери.