— Мам, ты опять открыла дверь неизвестным людям?
Ольга зажала телефон между плечом и ухом, одновременно пытаясь донести до подъезда два тяжёлых пакета с продуктами.
— Почему неизвестным? — возмутилась мать. — Они из газовой службы.
— Документы показали?
В трубке повисла подозрительная тишина.
— Оля, ну что ты опять начинаешь? Приличные мужчины. В форме. С папкой.
Ольга закрыла глаза.
Неделю назад именно такие «приличные мужчины с папкой» обчистили квартиру соседки её матери. Один показывал хозяйке счётчик на кухне, а второй за это время нашёл деньги в шкафу.
3
— Завтра приеду и поставлю тебе видеоглазок.
— Ничего мне не надо.
— Надо.
— Я семьдесят три года без камер прожила.
— Вот ещё хотя бы двадцать проживёшь с камерой.
Мать недовольно фыркнула и бросила трубку.
На следующий день Ольга приехала вместе с мужем Михаилом.
Он вызвался установить устройство сам.
Михаил вообще любил всё, что можно было разобрать, прикрутить, настроить и потом с важным видом сообщить:
— Ну вот. А ты мастера хотела вызывать.
Мать, Валентина Ивановна, стояла в коридоре и с подозрением смотрела, как зять снимает старый дверной глазок.
— Значит, теперь будете следить, кто ко мне ходит?
— Конечно, — невозмутимо ответил Михаил. — Особенно нас интересует, сколько раз в неделю вы бегаете к Тамаре Сергеевне обсуждать соседей.
— Это она ко мне бегает.
— Тем более. Теперь будут доказательства.
Валентина Ивановна попыталась сохранить серьёзное лицо, но всё-таки улыбнулась.
Через сорок минут новый глазок уже работал. Камера включалась при движении, сохраняла записи и отправляла уведомления на телефон.
Приложение установили и матери, и Ольге.
— Если кто-то подойдёт к двери, увидишь его даже из магазина, — объяснила дочь.
— А если кошка?
— Какая кошка?
— Мало ли.
— Мам, ты живёшь на пятом этаже.
— Кошки сейчас умные.
Михаил рассмеялся.
Никто тогда не предполагал, что маленькая камера через несколько дней едва не разрушит их семью.
А потом спасёт квартиру.
Первые два дня ничего интересного не происходило.
Соседка.
Почтальон.
Курьер.
Мальчишка с шестого этажа, который дважды позвонил и убежал.
На третий день около трёх часов дня телефон Ольги завибрировал.
Она сидела в машине возле музыкальной школы и ждала сына.
«Обнаружено движение».
Ольга машинально открыла приложение.
На лестничной площадке стоял мужчина.
Сначала камера показывала только его спину.
Серое пальто.
Чёрные брюки.
Кожаная сумка через плечо.
Ольга нахмурилась.
Она знала эту сумку.
Мужчина повернул голову.
У неё похолодели руки.
Михаил.
Её муж.
Тот самый Михаил, который утром сказал, что будет на заводе минимум до семи вечера.
Рядом с ним стояла женщина лет сорока пяти. Ухоженная, светловолосая, в тёмно-синем пальто. В руках она держала толстую папку.
Ольга машинально приблизила изображение.
Михаил оглянулся по сторонам.
Потом достал ключ.
Не позвонил.
Не постучал.
Просто открыл дверь квартиры Валентины Ивановны.
Женщина вошла первой.
Михаил — следом.
Дверь закрылась.
Запись закончилась.
Ольга ещё несколько секунд смотрела на неподвижный экран.
Первой мыслью была измена.
Но мысль оказалась настолько нелепой, что она почти рассмеялась.
В квартире тёщи?
Днём?
С женщиной, которая держит папку документов?
Потом стало не до смеха.
Откуда у Михаила ключ?
Она набрала мать.
— Мам, ты где?
— В поликлинике.
— Дома никого нет?
— Конечно нет. А что?
— Ничего.
— Оля.
— Потом расскажу.
Она отключилась.
Через пятьдесят минут пришло новое уведомление.
Дверь открылась.
Сначала появилась женщина.
Потом Михаил.
В руках он держал старый коричневый чемодан.
Ольга сразу его узнала.
Чемодан принадлежал отцу.
Когда Ольга была маленькой, отец ездил с ним в командировки. После его смерти мать сложила туда документы на квартиру, старые договоры, фотографии и письма.
Михаил вынес чемодан из квартиры.
Запер дверь своим ключом.
И ушёл вместе с незнакомкой.
Вечером он вернулся домой как обычно.
Поставил на стол хлеб.
Поцеловал сына в макушку.
Спросил:
— Что на ужин?
Ольга смотрела на него и не понимала, как человек может вести себя настолько спокойно.
— На работе всё нормально? — спросила она.
— Устал ужасно. Новую линию принимали.
— Весь день был на заводе?
Михаил на секунду замер.
— Почти.
— А где был не на заводе?
Он посмотрел на жену.
— По делам выезжал.
— Каким?
Пауза.
— Оль, что случилось?
Она почти достала телефон.
Почти показала ему запись.
Но передумала.
— Ничего.
В ту ночь она практически не спала.
Чем больше Ольга размышляла, тем страшнее становились версии.
Мать владела большой трёхкомнатной квартирой почти в центре города.
Недавно она сказала, что после её смерти жильё должно достаться поровну Ольге и её младшему брату Павлу.