А если Михаил решил что-то оформить?
Доверенность?
Дарственную?
Продажу?
Ольга сама понимала, как безумно это звучит.
Но ещё вчера она была уверена, что муж никогда ей не врёт.
Теперь выяснилось, что врёт.
На следующий день она спросила мать:
— У Миши есть ключ от твоей квартиры?
Валентина Ивановна ответила слишком быстро:
— Есть запасной.
— Откуда?
— Я дала.
— Когда?
— Когда замок ломался.
— Месяц назад?
— Может, два.
Ольга почувствовала неприятный холод.
Мать тоже врала.
— А папин чемодан где?
— На антресолях.
— Проверь.
— Оля, мне делать нечего?
— Мам. Проверь.
Через несколько минут Валентина Ивановна перезвонила.
Голос изменился.
— Нет его.
— Ты знаешь, кто забрал?
— Может, Миша.
— Зачем?
— Не знаю.
— Ты его просила?
Молчание.
— Мам?
— Не лезь ты в это.
— Во что?
— Просто не лезь.
— Мне муж врёт. Ты врёшь. Из твоей квартиры выносят документы, а я должна не лезть?
— Михаил хороший человек.
— Тогда почему мне нельзя знать правду?
И мать сказала странную фразу:
— Иногда, чтобы сохранить семью, лучше узнать правду чуть позже.
После этого Ольга уже не могла остановиться.
В субботу она приехала к матери без предупреждения.
Валентина Ивановна выглядела уставшей и нервной.
— Кто та женщина, которая приходила с Михаилом?
Чашка в руках матери дрогнула.
— Какая женщина?
— Не надо.
Ольга положила телефон на стол и включила запись.
Мать побледнела.
— Значит, камера всё записала…
— Да.
Валентина Ивановна закрыла глаза.
— Не надо было ставить эту штуку.
— Почему?
— Потому что некоторые вещи лучше решать тихо.
— Михаил тебе угрожает?
Мать резко подняла голову.
— Ты что?! Нет!
— Тогда объясни.
— Не могу.
— Не можешь или не хочешь?
— Я обещала.
— Кому?
Но мать отвернулась.
— Оля, пожалуйста. Просто поверь: Михаил не делает ничего плохого.
— А чемодан?
— Он должен быть у него.
— Зачем?
— Не спрашивай.
Дома Ольга уже не выдержала.
— Кто эта женщина?
Михаил медленно снял куртку.
— Юрист.
— Какой ещё юрист?
— Моя знакомая.
— Зачем ты водил её в квартиру моей матери?
Он промолчал.
— Где чемодан?
— В безопасном месте.
— Я хочу его увидеть.
— Пока нельзя.
Ольга почувствовала, как внутри всё обрывается.
— Что вы оформляете?
Михаил нахмурился.
— Ничего мы не оформляем.
— Завещание?
Молчание.
— Продажу?
— Нет.
— Доверенность?
По его лицу Ольга поняла: попала в цель.
— Значит, доверенность.
— Оля…
— На кого?
— Я не могу тебе рассказать.
— Ты мой муж!
— А я дал слово твоей матери.
— А мне ты когда-нибудь давал слово?
Михаил устало провёл ладонью по лицу.
— Я пытаюсь защитить её.
— От кого?
Он долго молчал.
Потом произнёс:
— Спроси у своего брата, зачем ему понадобилась мамина квартира.
И вышел.
Ольга позвонила Павлу.
Он приехал только после того, как она сказала, что разговор касается квартиры.
Брат выглядел плохо.
Небритый.
Нервный.
Постоянно проверял телефон.
Последние годы Павел прыгал из одного «гениального бизнеса» в другой.
Автозапчасти.
Ремонт телефонов.
Криптовалюта.
Интернет-магазин.
Каждый проект заканчивался долгами.
— Ты брал у мамы деньги? — спросила Ольга.
— Причём здесь это?
— Ответь.
— Иногда.
— У тебя есть доверенность?
Павел перестал крутить ложку.
— Какая доверенность?
— От мамы.
— Тебе муж мозги промыл?
— Покажи мне документы.
— Какие ещё документы?
— Павел.
Он резко встал.
— Разбирайся со своим идеальным мужем. Он вокруг маминой квартиры давно крутится.
— Михаил?
— Конечно. Замки чинит. Врачей возит. Продукты покупает. Думаешь, просто так?
Ольга смотрела на брата и внезапно поняла главное.
Он не возмущался.
Он боялся.
Через два дня всё стало ясно.
Было почти одиннадцать вечера, когда приложение прислало уведомление.
Ольга уже лежала в спальне.
Михаил после ссоры спал на диване в гостиной.
Она открыла камеру.
У двери матери стоял Павел.
Он яростно звонил.
— Мам! Открывай!
Дверь приоткрылась на цепочке.
— Паша, поздно.
— Где документы?
— Какие?
— Не придуривайся. Чемодан где?
— У Михаила.
Павел выругался.
— Ты понимаешь, что натворила?!
— Что?
— Люди ждут!
— Какие люди?
— Покупатели!
Ольга резко села на кровати.
Мать ответила тихо:
— Я ничего продавать не собираюсь.
— Ты уже подписала доверенность!
— Ты сказал, что это для льгот!
— Теперь какая разница?
— Я её отменю.
Павел приблизился к двери.
— Попробуй. Я уже задаток получил.
— За мою квартиру?!
— Это пока задаток.
— А я где буду жить?
— У Ольги. У неё места хватает.
Ольга почувствовала, как леденеют пальцы.
Павел продолжал:
— Отдай документы, и всё будет нормально.
— Уходи.
— Мам, не заставляй меня…
Он поставил ногу между дверью и косяком.