— Лера, перестань долбить дверь! Соседей разбудишь!
Голос сестры раздался из моей собственной квартиры.
Я замерла.
Ещё секунду назад мне казалось, что хуже уже быть не может.
Ошибалась.
Ключ входил в замок, но не поворачивался до конца. Изнутри была закрыта задвижка — та самая, которой я почти никогда не пользовалась.
Я снова нажала на звонок.
— Кристина, открой дверь.
3
Тишина.
— Сейчас же.
За дверью что-то зашуршало.
Потом послышались неторопливые шаги.
Щёлкнула задвижка.
Дверь приоткрылась сантиметров на двадцать.
На пороге стояла моя младшая сестра.
Беременная.
Растрёпанная.
И в моём шёлковом халате цвета тёмного вина, который я купила себе после первого крупного выигранного дела.
— Господи, Лер… — она зевнула. — Чего ты с утра пораньше?
Я медленно посмотрела на неё.
Потом перевела взгляд за её плечо.
На полу валялись мужские ботинки.
На моей светлой тумбе стояли две пустые банки энергетика.
А в большой керамической кадке с фикусом кто-то затушил сигарету.
Я почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
— Сними мой халат.
Кристина моргнула.
— Чего?
— Халат сними. Потом собирай вещи.
Она нахмурилась.
— Какие вещи?
— Все. Ваши. У вас десять минут.
Из кухни донёсся мужской смех.
— Я же говорил, будет концерт.
В коридоре появился Артём — муж Кристины.
На нём были только спортивные штаны. В руке — кружка с моим кофе.
Он прислонился плечом к дверному косяку и улыбнулся.
Так улыбаются люди, которые заранее уверены, что победили.
— Ну здравствуй, хозяйка.
— Артём, одевайся и уходи.
— Не кипятись.
— Это моя квартира.
— Пока да.
Я даже не сразу поняла смысл последней фразы.
— Что значит «пока»?
Он сделал глоток.
— А то и значит.
Кристина нервно поправила волосы.
— Лера, давай без истерики. Мне через два месяца рожать. Нам жить негде. У тебя три комнаты, а ты одна.
— И?
— Ну зачем тебе столько места?
Я посмотрела на неё.
— Ты решила это за меня?
— Мы семья.
— Семья не меняет замки в чужой квартире.
Артём хмыкнул.
— Никто замки не менял. Ты же вошла.
— Тогда почему изнутри была задвижка?
— Потому что мы здесь живём.
Он специально выделил последнее слово.
Я повернулась к нему.
— Нет. Вы здесь переночевали. А сейчас уходите.
Его улыбка стала шире.
— Не получится.
— Почему?
Артём поставил кружку на тумбу и скрестил руки.
— Потому что у нас временная регистрация.
Я несколько секунд просто смотрела на него.
— Какая регистрация?
— Обычная.
Он достал телефон, нашёл что-то в галерее и протянул мне экран.
Фотография документа.
Адрес моей квартиры.
Фамилии Кристины и Артёма.
Срок — пять лет.
Я почувствовала холод в пальцах.
— Откуда это?
Кристина наконец отвела глаза.
— Мы всё оформили.
— Кто «мы»?
— Ну… Артём помог.
Я подняла взгляд на зятя.
Он усмехнулся:
— Ты же юрист. Сама знаешь: теперь просто так нас отсюда не выкинешь.
Я ничего не сказала.
— А ребёнок родится, — продолжил он, — тоже здесь будет зарегистрирован. Так что привыкай.
И вот тогда он произнёс фразу, которую я потом вспоминала много раз.
— У нас тут регистрация на пять лет, Лера. Попробуй теперь нас высели.
Я медленно сняла пальто.
Повесила его на крючок.
А потом улыбнулась.
Не потому, что мне было смешно.
Просто Артём не знал одной маленькой детали.
Последние девять лет я занималась именно жилищными спорами.
И если он решил сыграть со мной в документы, то выбрал очень неудачного противника.
Я прошла в спальню и закрыла дверь.
Снаружи тут же раздался голос Кристины:
— Лер, ну не начинай только!
Я достала ноутбук.
Руки не дрожали.
Злость почему-то исчезла.
Когда работаешь с документами достаточно долго, наступает момент, когда эмоции выключаются сами собой.
Остаются факты.
Я вошла в личный кабинет и увидела уведомление.
Да.
В квартире действительно значились двое временно зарегистрированных жильцов.
Кристина Морозова.
Артём Морозов.
Основание — договор безвозмездного пользования жилым помещением.
Я скачала файл.
Открыла.
И остановилась на последней странице.
В графе «Собственник» стояла моя фамилия.
Рядом — подпись.
Похожая.
Но не моя.
Кто-то долго тренировался.
Вывел первую букву почти идеально.
Даже наклон попытался повторить.
Только допустил ошибку, которую заметил бы любой человек, хоть немного знакомый с моей подписью.
Я никогда не соединяла последние две буквы фамилии.
А здесь они были соединены.
Я откинулась на спинку кресла.
И всё поняла.
Месяц назад Кристина приезжала ко мне.
Плакала.
Жаловалась, что хозяин квартиры поднял им аренду.
Я приготовила чай.
Она просидела у меня почти три часа.
В какой-то момент попросилась в ванную.
А потом долго искала зарядку в прихожей.
На следующий день я не смогла найти запасной ключ.