Но самое интересное началось в субботу.
В прихожей уже много лет стоял огромный тёмный шкаф.
Его когда-то подарила нам Раиса Михайловна.
Точнее, отдала из своей старой квартиры, когда купила новую мебель.
Шкаф был тяжёлый, неудобный, с облезлыми ручками и постоянно заедающей дверцей.
Каждый раз, когда я предлагала его заменить, Роман повторял:
— Это мамин подарок. Ей будет обидно.
И я терпела.
Шесть лет.
В ту субботу решила: хватит.
— Я поеду смотреть новый шкаф, — сообщила я за завтраком.
Муж поднял глаза от телефона.
— Зачем?
— Потому что старый разваливается.
— Мама обидится.
— Раиса Михайловна не живёт в нашей прихожей.
— Начинаешь опять?
— Нет. Заканчиваю.
Через час мы уже были в мебельном центре.
Я выбрала светлый вместительный шкаф с зеркальными дверцами.
Он идеально подходил к нашей небольшой прихожей.
Продавец оформлял заказ, когда за спиной раздался знакомый голос:
— Значит, вот как ты с моими подарками поступаешь?!
Я медленно обернулась.
Посреди торгового зала стояла Раиса Михайловна.
В нарядном пальто, с сумочкой на локте и выражением праведного возмущения.
Рядом с ней застыла моя золовка Инна.
Я посмотрела на мужа.
— Рома, это ты их позвал?
Он отвёл глаза.
— Я просто сказал маме, что мы здесь.
— Понятно.
Свекровь подошла ближе.
— Ты решила выбросить шкаф, который я вам подарила на свадьбу?!
— Он сломан. Мы покупаем новый.
— Да ты хоть представляешь, сколько он стоил?!
— Представляю. Вы сами говорили, что купили его почти двадцать лет назад.
— Вот именно! Настоящее качество! Не то что ваша нынешняя ерунда!
Инна демонстративно вздохнула.
— Кристина, могла бы хоть немного уважения проявить. Мама от души подарок делала.
Я посмотрела на них обеих.
— Тогда заберите его. Он ваш.
Раиса Михайловна всплеснула руками.
— Вы посмотрите на неё! Муж всю семью на себе тянет, а она дорогую мебель покупает! Распоряжается деньгами, словно сама их зарабатывает!
Я замерла.
Не от обиды.
От неожиданности.
— Простите, что вы сказали?
Свекровь повысила голос:
— Что слышала! Рома вкалывает, чтобы ты жила в красивой квартире, ездила на машине и ходила по магазинам!
Люди поблизости начали оборачиваться.
Роман стоял чуть в стороне.
И молчал.
Вот это молчание окончательно расставило всё по местам.
Я посмотрела на мужа.
— Ты собираешься что-нибудь сказать?
Он пожал плечами.
— Мама просто переживает.
— Значит, придётся объяснить мне.
Я повернулась к свекрови.
— Раиса Михайловна, вы правда уверены, что ваш сын содержит нашу семью?
— Конечно!
— Тогда предлагаю поговорить о цифрах.
Роман резко шагнул ко мне.
— Кристина, не надо.
— Почему? Твоя мама сама подняла эту тему.
Я достала телефон.
— Квартира была куплена мной ещё до свадьбы. Первоначальный взнос я внесла из денег, полученных после продажи недвижимости, доставшейся от бабушки. Ипотеку все эти годы оплачиваю я.
Раиса Михайловна открыла рот.
Но я продолжила:
— Коммунальные платежи идут с моего счёта. Большая часть продуктов тоже. Машину купила я. Страховку оплачиваю я.
Инна недоверчиво фыркнула.
— А Рома, по-твоему, вообще ничего не делает?
— Работает. Только за последние полтора года мне всё чаще приходится слышать, что у него нет денег. То товарищу одолжил, то премию задержали, то зарплату урезали.
— Не смей! — прошипел муж.
Я посмотрела на него.
— А что именно мне нельзя говорить? Правду?
Свекровь побледнела.
— Рома, это действительно так?
Он молчал.
Я вдруг вспомнила кое-что ещё.
— Кстати, Раиса Михайловна, помните золотые серьги, которые сын подарил вам на юбилей?
Она машинально коснулась уха.
— Помню.
— Их оплатила я.
— Что?!
— Рома попросил меня перевести деньги. Сказал, что вернёт после зарплаты.
Свекровь медленно повернулась к сыну.
— Роман?
Тот сжал челюсти.
— Мама, мы потом поговорим.
— И цветы, которые он вам дарил на Восьмое марта, тоже покупала я. И праздничный стол на ваше шестидесятилетие заказывала я.
— Достаточно! — рявкнул муж.
Я спокойно убрала телефон.
— Полностью согласна. Достаточно.
Повернулась к продавцу.
— Оформляйте шкаф. Доставку на вторник.
Раиса Михайловна стояла неподвижно.
Впервые за всё время нашего знакомства у неё закончились слова.
Домой мы ехали молча.
Роман нервно постукивал пальцами по рулю.
Возле подъезда он наконец заговорил:
— Ты довольна?
— Чем?
— Тем, что выставила меня нищим перед матерью?
— Я не выставляла тебя никем. Я озвучила факты.
— Ты меня унизила!
— А когда твоя мама называла меня содержанкой, это тебя не беспокоило?
Он отвернулся.
— Ты могла промолчать.
Я посмотрела в окно.
Вот оно.
Всё, что от меня требовалось эти годы.
Молчать.
Когда свекровь переставляла мебель.
Молчать, когда проверяла холодильник.
Молчать, когда критиковала мою работу.
Молчать, когда спрашивала, почему у нас нет детей.