Я вернулась из роддома и нашла в кроватке сына чужие вещи. Но решающую фразу произнёс муж

Первое, что я достала из кроватки своего сына в день выписки, была плойка. Провод запутался в простынке с жёлтыми звёздами. Я купила её за месяц до родов и дважды перестирала, потому что мне всё казалось, что от новой ткани пахнет магазином.

— Оставь, я потом уберу, — сказала с кровати Лера, сестра моего мужа. — И прикрой дверь, пожалуйста. Тут тянет.

Я стояла в пальто посреди собственной спальни. За моей спиной Артём держал автолюльку с нашим четырёхдневным сыном. И в первую секунду я подумала, что ошиблась дверью. Хотя знала каждый скол на этой ручке.

По дороге из роддома Артём успел трижды сказать, что дома меня ждёт сюрприз. На светофоре он наклонился и поднял с коврика белую розу, выпавшую из букета. Пока впереди загорелся зелёный, он тщательно вытирал стебель рукавом. Меня тогда даже растрогало, что он так старается.

Теперь я понимала, почему он всё время находил занятие для рук.

— Где чистое бельё для кроватки? — спросила я.

— Мама освободила два ящика, — сказала Лера. — Посмотри в пакете под комодом.

Две недели назад мы с Артёмом чуть не поссорились из-за этого комода. Он хотел поставить его у двери, а я попросила передвинуть ближе к кроватке, чтобы ночью дотягиваться до вещей с ребёнком на руках. Он двигал его по моим указаниям, а потом взял свёрнутое одеяло, изобразил младенца и торжественно проверил, удобно ли открывать ящики одной рукой. Мы хохотали так, что сосед снизу постучал по батарее.

3

В пакете под комодом лежали пелёнки, крошечные носки и та самая шапочка, которую Артём выбрал для выписки.

— На сколько ты приехала? — спросила я Леру.

Она посмотрела на брата.

— Мне сказали, что я могу пожить, пока не найду квартиру.

— Кто сказал?

— Я, — отозвалась из коридора свекровь. Виктория Сергеевна вошла с кухонным полотенцем через плечо. — Лера рассталась с Димой. У нас с отцом ремонт. У вас диван раскладывается. Я уже постелила.

— Кому?

Свекровь посмотрела на меня с искренним удивлением.

— Вам, конечно. Вы всё равно к малышу будете вставать. А Лере с утра по собеседованиям.

Я ждала, что Артём перебьёт её. Он наконец поднял на меня глаза.

— Надь, я всё понимаю. Просто с тобой хотя бы можно договориться.

Он сказал это почти ласково. Наверное, ему даже казалось, что он хвалит меня. А я вспомнила, как мы брали ипотеку и он отдельно спросил, смогу ли я вносить свою половину, если на работе задержат премию. Я сказала, что найду способ. Примерно так я отвечала ему на всё последние три года.

— Дай мне Мишу, — сказала я.

На кухне диван разложили так, что холодильник открывался только наполовину. Я села на самый край, покормила сына и попросила Артёма принести кроватку. Он успел открутить одну планку, пока Лера искала зарядку и спрашивала, надолго ли он включил в спальне свет.

Когда кроватка наконец встала рядом с диваном, между ней и кухонным столом остался проход шириной в одну ступню. Ночью я дважды ударилась о ножку стола. В третий раз мне пришлось будить Артёма.

— Подай мне Мишу. Я сама сейчас не встану.

Он сразу подал мне сына, подложил под спину подушку и принёс воды. Потом сел рядом и сказал:

— Видишь, устраиваемся потихоньку.

Я посмотрела на стакан в его руке. Он был уверен, что трудность в том, как нам удобнее разместиться на кухне.

В половине третьего Лера пришла за водой и включила верхний свет. На моё «пожалуйста, выключи» она ответила:

— Я на минутку.

Миша вздрогнул и заплакал. Пока я его успокаивала, Лера открыла холодильник, нашла бутылку и ушла. Свет остался гореть. Артём лежал лицом к стене. Я видела по его плечам, что он не спит.

Утром, когда он уехал, я позвонила своей тёте Вере. Она спросила, как прошла первая ночь дома. Я хотела сказать «нормально». Уже набрала воздуха.

— Тёть Вер, можешь приехать? Я хочу принять душ. И чтобы кто-нибудь побыл тут, пока я моюсь.

— Могу, — сказала она. — Чайник у тебя где, помню. Хлеб купить?

Через сорок минут она сидела на кухонном стуле, читала газету и время от времени поглядывала на спящего Мишу. Я впервые с выписки закрыла за собой дверь, зная, что могу побыть за ней столько, сколько мне нужно.

Когда я вышла, Лера собиралась в торговый центр. В дверях она попросила меня передать Артёму, что вернётся поздно.

— Погоди, — сказала я. — Как ты думаешь, где мы собирались спать с Мишей до того, как ты сюда приехала?

Она перестала искать ключи в сумке.

— Артём сказал, ты согласилась на диван.

— Он спросил меня об этом вчера, когда ты уже лежала на нашей кровати.

Лера открыла рот, потом закрыла. Наконец достала ключи и положила их на банкетку.

— У Оли есть свободная комната. Я могу ей позвонить. Я думала, здесь и правда всем нормально.

— Ночью на кухне ты могла спросить у меня сама.

Она покраснела. Я уже думала, что она хлопнет дверью, но Лера сняла куртку, пошла в спальню и раскрыла чемодан.

5