На следующее утро ко мне зашла соседка Тамара Андреевна.
Она дружила с мамой больше двадцати лет.
Мы пили чай на кухне, когда я рассказала ей о тётином предстоящем приезде.
Тамара Андреевна неожиданно нахмурилась.
— Марин, а ты знаешь, что твоя мать однажды хотела сменить замки?
— Нет.
— Было такое. После очередного приезда Людмилы. Та тогда пригласила к вам троих знакомых и устроила застолье. А твоя мама два дня готовила и потом убирала.
Я помнила тот год.
Мама тогда сильно похудела.
— И почему не сменила?
— Людмила расплакалась. Сказала, что сестра её предаёт. Твоя мама пожалела.
Тамара Андреевна положила свою ладонь поверх моей.
— Ты не обязана быть такой же терпеливой, как она. У тебя есть право жить спокойно.
Эти слова помогли мне принять окончательное решение.
Я не собиралась больше спорить.
Я собиралась выполнить обещание, которое дала самой себе.
Двадцать второго числа в восемь сорок утра пришло сообщение:
«Приехала. Где ты?»
Я ответила:
«Дома. Как и предупреждала, принять вас не могу. Вот адреса трёх гостиниц».
Через десять минут:
«Ты что, издеваешься? Я с вещами!»
«Вы знали об этом ещё до поездки».
Она больше ничего не написала.
Но примерно через час во дворе раздался громкий голос.
— Марина! Выходи немедленно!
Я выглянула в окно.
Тётя стояла у подъезда в широкой соломенной шляпе. Рядом возвышались два огромных чемодана и несколько сумок.
Она заметила меня и помахала рукой.
— Спускайся! Помоги занести вещи!
Я медленно спустилась на первый этаж.
Вышла во двор.
И плотно закрыла за собой металлическую дверь подъезда.
— Наконец-то! — возмутилась тётя. — Я уже полчаса здесь стою!
— Я предупреждала, что вы не сможете у меня остановиться.
— Хватит устраивать представление! Открывай!
— Нет.
Она застыла.
— Что значит «нет»?
— Это значит, что вам нужно ехать в гостиницу.
Тётя оглянулась.
Несколько соседей остановились возле лавочки.
И тогда начался спектакль.
— Люди добрые! Посмотрите на неё! — заголосила она. — Родную тётю под палящим солнцем держит! Сироту вырастили, квартиру ей оставили, а она теперь старших на улицу выгоняет!
Я почувствовала, как к лицу приливает жар.
Но не от стыда.
От возмущения.
— Во-первых, я не сирота, которую вы вырастили. Меня растила мама. Во-вторых, квартира принадлежит мне. И в-третьих, вы приехали без моего согласия.
— Я тебе родная кровь!
— Родство не даёт права командовать в чужом доме.
— Твоя мать никогда бы так не поступила!
И тут с балкона второго этажа раздался голос Тамары Андреевны.
— А вот мать её ты как раз и довела, Люда!
Все подняли головы.
Соседка стояла на балконе в домашнем халате.
— Я прекрасно помню, как Нина после твоих отпусков пластом лежала! И как ты жаловалась, что она тебе недостаточно вкусно готовит! Совесть бы имела!
— Тамара, не вмешивайся! — завизжала тётя.
— А я вмешаюсь! Потому что Нина молчала всю жизнь. А Марина правильно делает, что не молчит!
Тётя побагровела.
Она достала телефон и набрала Игоря.
— Сынок! — трагическим голосом произнесла она. — Она меня на порог не пускает! Я здесь одна, под солнцем, с чемоданами!
Потом включила громкую связь.
— Марина! — раздался голос брата. — Ты совсем совесть потеряла? Немедленно пусти маму!
— Игорь, я дала ей адреса гостиниц. Могу вызвать такси.
— У неё денег на гостиницу нет!
— Тогда переведи ей деньги.
— Ты прекрасно знаешь, что сейчас я не могу!
— Значит, возвращение домой тоже вариант.
— Ты специально её унижаешь!
— Нет. Я просто отказываюсь оплачивать отдых, который никто со мной не согласовывал.
Тётя вдруг закричала:
— Да не нужны мне ваши гостиницы! У меня и так всё прекрасно было бы, если бы эта неблагодарная девчонка…
Она осеклась.
Я посмотрела на неё.
— Что именно было бы прекрасно?
Тётя поджала губы.
— У тебя пустая спальня. Ты всё равно целыми днями за компьютером. Что тебе стоит?
И вот тогда я окончательно поняла.
Ей было совершенно всё равно, удобно ли мне.
Для неё я была не племянницей.
Я была бесплатным обслуживающим персоналом с квартирой у моря.
В конце концов тётя призналась, что деньги у неё есть.
Она достала из сумки кошелёк и сердито произнесла:
— Это вообще-то деньги на отдых!
— Проживание тоже часть отдыха.
Через двадцать минут она уехала на такси в недорогой гостевой дом.
Я вернулась домой.
Впервые за много лет в день её приезда моя квартира осталась моей.
Никто не требовал освободить спальню.
Никто не составлял список покупок.
Никто не жаловался на неправильно приготовленный завтрак.
Я сварила кофе и села у окна.
Но история на этом не закончилась.
Уже вечером тётя позвонила.
— Марина, тут ужасные условия! Комната маленькая, телевизор старый, до моря далеко!
— Вы сами выбрали этот вариант.
— Забери меня хотя бы на неделю.
— Нет.
— Тогда я буду приходить к тебе обедать!
— Нет.