Тамара Григорьевна.
И незнакомая молодая женщина с длинными светлыми волосами.
Женщина обнимала Антона за плечи.
А свекровь сидела напротив и счастливо улыбалась.
Вера смотрела на снимок почти минуту.
Потом набрала номер мужа.
Он ответил не сразу.
— Что тебе?
— Антон, кто такая Полина?
На другом конце провода стало тихо.
Совсем тихо.
— Откуда ты знаешь это имя?
— Значит, я угадала?
— Вера, только без истерик.
Она неожиданно рассмеялась.
— Я задаю простой вопрос. Кто такая Полина?
Антон помолчал.
— Мама нас познакомила.
— Когда?
— В феврале.
— Уже четыре месяца?
— Ты всё неправильно понимаешь.
Вера посмотрела на фотографию.
— Тогда объясни правильно.
Антон начал говорить.
О том, что устал от постоянных претензий.
Что Полина его понимает.
Что с ней легко.
Что она уважает его мать.
Что дома он давно не чувствует себя счастливым.
Вера выслушала.
И задала последний вопрос:
— Ты хотел, чтобы твоя мать переехала ко мне, а сам собирался жить с Полиной?
Снова тишина.
Потом тихий ответ:
— Мама временно пожила бы у тебя. А мы бы с Полиной посмотрели, получится ли у нас.
Вера почувствовала, как холодеют пальцы.
Вот оно.
План был простым.
Свекровь закрепляется в её квартире.
Муж уходит к другой.
А Вера остаётся ответственной за женщину, которая годами делала её жизнь невыносимой.
— Антон, — произнесла она, — ты забыл одну вещь.
— Какую?
— Я вам ничего не должна.
И отключила телефон.
В понедельник Вера взяла выходной.
Утром сходила к юристу, который когда-то помогал ей оформить покупку квартиры.
Они подробно обсудили документы, имущество, порядок развода и возможность прекращения совместного проживания.
Юрист объяснил, что все вопросы нужно решать официально, с учётом конкретных документов и обстоятельств.
Вера вышла из кабинета с планом действий.
Впервые за долгое время будущее казалось не туманным, а вполне определённым.
Она больше не хотела воевать.
Хотела просто закончить историю, в которой её уважение постоянно принимали за слабость.
Вечером Антон появился с матерью.
У свекрови было торжествующее выражение лица.
— Ну что, подумала? — спросила она с порога. — Может, хватит изображать независимую?
Вера пригласила их на кухню.
На столе лежали документы.
— Я действительно подумала.
Антон сел.
— Надеюсь, ты поняла, что перегнула палку.
— Я подаю на развод.
Свекровь открыла рот.
Но не произнесла ни слова.
Антон побледнел.
— Ты серьёзно?
— Да.
— Из-за мамы?
Вера покачала головой.
— Нет. Из-за нас. Из-за лжи. Из-за твоего отношения ко мне. И из-за Полины.
Тамара Григорьевна резко подняла голову.
— А Полину сюда не приплетай! Хорошая девушка, воспитанная! С ней Антоше было бы гораздо спокойнее!
Вера посмотрела ей прямо в глаза.
— Значит, вы даже не собираетесь отрицать?
Свекровь осеклась.
Антон закрыл лицо руками.
— Мама, помолчи!
Но Тамару Григорьевну уже понесло.
— А что я такого сделала?! Я хочу сыну счастья! Ты вечно на работе, дома усталая, недовольная! А Полина заботливая, красивая, молодая!
— Тогда пусть Антон строит с ней счастье, — ответила Вера. — Но в моём доме больше никто не будет решать за меня.
Она подвинула документы к мужу.
— Здесь контакты моего представителя. Все вопросы по имуществу и разводу будем обсуждать спокойно, официально и без участия твоей матери.
Антон долго смотрел на бумаги.
Потом тихо спросил:
— Ты совсем ничего ко мне не чувствуешь?
Вера задумалась.
Когда-то она любила его так сильно, что готова была отказаться от собственных желаний.
Теперь внутри оставалась усталость.
И печаль.
Но не желание вернуть прошлое.
— Чувствую, Антон. Разочарование. И сожаление, что мы не научились разговаривать раньше.
Свекровь всплеснула руками.
— Ну и оставайся одна! Посмотрим, кому ты нужна!
Вера спокойно ответила:
— Мне самой.
Следующие месяцы оказались сложными.
Антон сначала обвинял Веру в разрушении семьи.
Потом пытался договориться.
Затем начал просить дать ему ещё один шанс.
Но Вера больше не принимала обещания за изменения.
Все имущественные вопросы они решали через представителей.
Его личные вещи он вывез в согласованный день.
Они разделили совместно приобретённое имущество.
А квартира, принадлежавшая Вере до брака, осталась за ней.
Однажды Нина приехала с пирогом и бутылкой лимонада.
— Ну как ты? — спросила подруга.
Вера задумалась.
— Странно. Иногда грустно. Иногда страшно. Но знаешь, что самое удивительное?
— Что?
— Я больше не боюсь возвращаться домой.
Нина внимательно посмотрела на неё.
Вера продолжила:
— Раньше я ещё в лифте думала, кто сегодня недоволен. Антон? Его мать? Что я опять сделала не так? А сейчас открываю дверь и понимаю: дома меня никто не оценивает.
Подруга обняла её.
— Это дорогого стоит.
Вера кивнула.
— Очень дорогого.