— Не надо, дорогой. Ты уже всё прекрасно объяснил. Правда, каждому из нас свою версию.
Кирилл вдруг повысил голос:
— Алина, прекрати этот спектакль! Это просто моя знакомая!
Виктория резко повернулась к нему.
— Знакомая?! Кирилл, ты совсем с ума сошёл?!
— Она меня неправильно поняла! — выкрикнул муж.
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Конечно. Просто знакомая, которая забыла зарядку в нашей спальне. Которой ты показывал мою дачу как ваш будущий дом. Которой рассказывал, что мы давно разведены.
Он побледнел ещё сильнее.
Виктория медленно опустилась обратно на стул.
— Подожди… — прошептала она. — Алина, вы хотите сказать, что вы здесь живёте?
— Последние десять лет. Из них семь — с Кириллом.
— Но он сказал, что квартира его!
Я покачала головой.
— Квартира куплена мной задолго до свадьбы.
Виктория перевела взгляд на мужа.
— А машина?
— Моя. Кредит оформлен на меня, я его и выплачиваю.
— А загородный дом?
Я улыбнулась без радости.
— Наследство от дедушки. Кирилл даже за стройматериалы не заплатил.
Несколько секунд было слышно только тихое гудение холодильника.
Виктория смотрела на Кирилла так, словно перед ней стоял совершенно незнакомый человек.
— Значит, ты всё придумал? — спросила она.
Кирилл нервно провёл рукой по волосам.
— Девочки, ну зачем вы всё так усложняете?
Мы обе одновременно посмотрели на него.
— Девочки? — переспросила я.
Виктория медленно поднялась.
— Ты рассказывал мне, что жена разрушила твою жизнь. Что ты всё ей оставил. Что тебе пришлось начинать с нуля!
— Вика, ну пойми…
— Я восемь месяцев верила тебе!
Кирилл сделал шаг к ней.
— Я действительно люблю тебя. Просто с Алиной у нас давно ничего нет.
Я почувствовала, как будто внутри что-то окончательно оборвалось.
Не от боли.
От ясности.
Вот кем я была для него.
Удобной женщиной, которая платит за квартиру, машину, продукты и отпуск.
А любовь он искал где-то ещё.
Кирилл вдруг изменился в лице.
Он понял, что перед ним две женщины, и обе знают правду.
Тогда он решил выбрать ту, которую ещё надеялся удержать.
— Виктория, — заговорил он проникновенным голосом, — ты же видишь, в какой атмосфере я живу. Алина всегда думает только о деньгах. У неё всё сводится к собственности, счетам, документам…
Он повернулся ко мне.
— Ты даже сейчас не можешь просто поговорить по-человечески!
Я удивлённо подняла брови.
— А что ты предлагаешь? Обсудить, насколько удобно тебе было изменять мне в моей собственной спальне?
Он не ответил.
Тогда снова посмотрел на Викторию.
— Поехали ко мне… то есть к тебе. Начнём новую жизнь. Завтра же займусь разводом.
Виктория некоторое время молча изучала его лицо.
Затем спросила:
— А на какие деньги, Кирилл?
Он растерялся.
— В каком смысле?
— В прямом. Машина не твоя. Дом не твой. Квартира не твоя. Деньги у тебя в кредитах. Ты собирался переехать ко мне и жить за мой счёт?
— Ты сейчас говоришь как Алина!
— Нет, — холодно ответила Виктория. — Я сейчас говорю как женщина, которая наконец поняла, что её восемь месяцев обманывали.
Она взяла сумочку и направилась к выходу.
У двери остановилась.
Повернулась ко мне.
— Алина, я действительно не знала, что он женат. Он показал мне даже какие-то документы о разводе. Видимо, поддельные.
Я внимательно посмотрела на неё.
Впервые за всё утро в её глазах не было ни самодовольства, ни превосходства.
Только стыд.
— Теперь знаете, — ответила я.
Виктория кивнула.
— Простите меня. И спасибо за правду.
После этого она вышла.
Кирилл хотел броситься следом, но остановился.
Наверное, понял, что возвращаться ему придётся не на своём автомобиле.
Мы остались вдвоём.
На кухне повисла тишина.
Кирилл долго смотрел на закрытую дверь, потом медленно повернулся ко мне.
— Алин…
Я молчала.
— Ну, случилось и случилось. Давай не будем делать трагедию. Все мужчины иногда ошибаются.
Я посмотрела на него.
На человека, с которым семь лет делила жизнь.
С которым мечтала состариться.
Ради которого отказывалась от собственных желаний.
И неожиданно осознала: передо мной чужой мужчина.
— Ошибаются, Кирилл, когда путают даты или забывают купить хлеб, — сказала я. — А когда восемь месяцев приводят любовницу домой и рассказывают ей, что жена — чудовище, это уже не ошибка. Это выбор.
Он раздражённо вздохнул.
— И что теперь? Развод из-за какой-то интрижки?
— Да.
Одно короткое слово.
Но я почувствовала, сколько свободы в нём оказалось.
Кирилл усмехнулся.
— Ты просто меня пугаешь. Завтра успокоишься.
Я вышла из кухни.
Через несколько минут вернулась с дорожной сумкой.
Поставила её перед ним.
— Собирай необходимые вещи.
Он посмотрел на сумку, потом на меня.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
— Мне некуда идти!
— У тебя есть зарплата, работа и друзья. Временное жильё найдёшь.
— Но мы же муж и жена!