Внутри лежали письма.
Десятки писем.
На каждом конверте его имя.
«Денису».
Он открыл первое.
«Сынок, сегодня у нас выпал первый снег. Помнишь, как вы с отцом лепили снеговика возле колодца? Я поставила на окно твою фотографию. Кажется, ты совсем недавно уехал…»
Второе письмо было написано через год.
«Денисочка, папа сегодня починил калитку. Сказал, что к твоему приезду всё должно быть красиво. Мы купили новую скатерть. Приезжай, сынок. Очень хочется тебя обнять».
Третье.
«Папа заболел. Он старается не показывать, но я вижу, как ему тяжело. Иногда ночью зовёт тебя во сне».
Денис почувствовал, как дрожат руки.
Он читал дальше.
«Сегодня папа спрашивал, почему ты не приезжаешь. Я сказала, что у тебя много работы. Он улыбнулся и ответил: «Значит, хорошо устроился наш мальчик»».
Последнее письмо отца было коротким.
«Денис, если когда-нибудь прочитаешь это, знай: я никогда на тебя не сердился. Только очень скучал. Береги мать. Она сильная, но без тебя ей тяжело».
Денис закрыл лицо руками.
Впервые за много лет он плакал так, как плачут дети.
Без стыда.
Без попыток остановиться.
Но в коробке оставался ещё один конверт.
На нём было написано:
«Открыть, когда Денис вернётся домой».
Внутри лежал небольшой ключ и записка матери.
«Сынок, в сарае под верстаком стоит папин старый сундук. Он просил передать его тебе, когда ты приедешь. Я не открывала. Это ваше с ним».
Денис посмотрел на часы.
Было почти три ночи.
Он накинул куртку и вышел во двор.
В сарае пахло древесиной, железом и прошлым.
Под старым верстаком действительно стоял деревянный сундук.
Ключ повернулся с трудом.
Внутри лежали аккуратно сложенные инструменты, пожелтевшие фотографии и маленькая тетрадь.
На первой странице отец написал:
«Для моего сына. Если когда-нибудь захочет узнать, чем жил его отец».
Денис сел прямо на пол.
Оказалось, отец много лет записывал небольшие события.
«Сегодня Денис поступил в институт. Надя плакала от радости. А я сделал вид, что мне соринка в глаз попала».
«Денис получил первую зарплату. Позвонил. Голос у него взрослый стал. Горжусь».
«Сегодня сын не смог приехать на Новый год. Надя приготовила его любимые пирожки. Половину раздали соседям».
«Пять лет не видел Дениса. Иногда думаю, узнаю ли его, если встречу на улице».
Последняя запись была сделана незадолго до смерти.
«Если Денис вернётся, не ругайте его. Жизнь бывает такой, что человек теряет дорогу. Главное, чтобы нашёл её обратно».
Денис долго сидел в темноте.
Потом взял тетрадь и прижал к груди.
— Папа… Я нашёл дорогу. Только почему так поздно?
Ответа не было.
Лишь ветер стучал веткой по крыше.
Утром мать увидела его за столом с отцовской тетрадью.
Она сразу всё поняла.
— Нашёл?
— Нашёл.
— Он тебе оставил.
Денис поднял глаза.
— Мам, почему вы мне ничего не говорили?
Она вздохнула.
— А что говорить? Мы тебя любили. Не хотели, чтобы ты возвращался из чувства вины.
— Но я должен был приезжать.
— Должен был, — спокойно согласилась мать.
И впервые за всё время не стала его оправдывать.
Он долго смотрел на неё.
— Ты на меня сердишься?
Надежда Павловна села напротив.
— Иногда сердилась. Иногда плакала. Иногда думала, что ты совсем забыл дорогу. Но любить не переставала ни на один день.
Денис взял её руку.
— Я хочу всё исправить.
— Всё не исправишь, сынок. Отца не вернёшь. Годы тоже.
Она погладила его по голове.
— Но сегодняшний день у нас ещё есть.
На следующий день Денис отправился к соседу, Виктору Семёновичу.
Тот оказался высоким седым мужчиной с крепкими руками и строгим взглядом.
Он как раз складывал дрова возле сарая.
— Здравствуйте. Я сын Надежды Павловны.
Сосед внимательно посмотрел на него.
— Знаю.
— Хотел поблагодарить вас за помощь матери.
— Благодарность принимается. Только скажи мне, городской человек, где ты раньше был?
Денис опустил глаза.
— Работал.
— А мать, значит, не работала? Она всю жизнь работала. И тебя растила, и хозяйство держала, и отца твоего до последнего дня выхаживала.
Денис молчал.
— Ты не обижайся, — продолжил сосед. — Просто запомни: старикам не всегда деньги нужны. Им иногда нужно, чтобы кто-то спросил: «Как ты сегодня, мама?»
— Я понимаю.
— Понимать мало. Делать надо.
Виктор Семёнович протянул ему топор.
— Вот дрова. Начинай.
И Денис начал.
Сначала у него ничего не получалось.
Топор застревал в поленьях, ладони покрылись мозолями, спина ныла.
Сосед посмеивался:
— Видно, в городе вас только ручками по клавиатуре стучать учили.
Но Денис не бросил.
К вечеру возле сарая выросла аккуратная поленница.
А впервые за долгие годы он почувствовал усталость, от которой было приятно.
Он собирался остаться на три дня.
Остался на неделю.
Потом ещё на одну.
Починил крыльцо, заменил разбитое окно, привёз продукты, купил матери новые очки.
Съездил с ней к врачу.