Потом обнаружил, что на кухне плохо закрывается окно.
— Вы специально ищете работу? — спросила Светлана.
— Конечно.
— Почему?
Он пожал плечами.
— Когда руки заняты, голова меньше думает о глупостях.
Они стали видеться каждую субботу.
Светлана готовила суп.
Павел Андреевич привозил пироги из пекарни.
Иногда они говорили об Анне Михайловне.
Иногда молчали.
Иногда старик рассказывал истории о Денисе в детстве.
Но никогда не пытался оправдывать сына.
А у Дениса тем временем началась та самая новая жизнь.
Лиза переехала к нему.
Через две недели Светлане позвонила соседка.
— Свет, ты не обижайся, но твой там ремонт затеял.
— Какой ремонт?
— Эта новая женщина решила кухню переделывать.
Светлана усмехнулась.
Кухню она выбирала четыре месяца.
Каждую ручку.
Каждый шкафчик.
Каждую полку.
И вдруг ей стало всё равно.
По-настоящему.
Это было странное ощущение.
Будто невидимая нитка наконец порвалась.
Через три месяца срок аренды квартиры заканчивался.
Павел Андреевич приехал в субботу хмурый.
— Значит, будем продлевать.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я нашла квартиру.
Он замер.
— Какую?
— Однокомнатную. Маленькую. Но рядом со школой.
— Снимать?
Светлана улыбнулась.
— Покупать.
— На что?
— На первоначальный взнос хватает. Я продала машину.
После смерти отца Светлане досталась старая машина, которой она почти не пользовалась.
Денис много раз предлагал её продать и вложить деньги «куда-нибудь полезнее».
Теперь она сама решила, что полезнее.
— Остальное в ипотеку.
Павел Андреевич долго молчал.
Потом сказал:
— А я помогу с ремонтом.
— Нет.
— Света.
— Можете сделать книжный шкаф.
— Вот. Уже договорились.
Весной Светлана переехала.
Квартира была маленькая.
Но своя.
Первым Павел Андреевич сделал огромный книжный стеллаж.
На нижней полке оставил маленькую деревянную табличку.
«Дом Светланы».
— Это зачем? — засмеялась она.
— Чтобы никто не перепутал.
Через полгода произошло то, чего она совсем не ждала.
Денис пришёл к школе.
Стоял возле ворот.
Похудевший.
Неуверенный.
— Привет.
— Привет.
— Можно поговорить?
Светлана посмотрела на часы.
— Пять минут.
Он усмехнулся.
— Символично.
— Что случилось?
Денис долго собирался с мыслями.
— Лиза ушла.
Светлана молчала.
— Два месяца назад.
— Понятно.
— Сказала, что устала.
— Бывает.
— Свет…
— Денис, если ты пришёл рассказать мне про Лизу, то…
— Нет.
Он перебил.
— Я пришёл про отца.
Светлана насторожилась.
— Что с ним?
— Он со мной почти не разговаривает.
— И?
— Ты не могла бы…
Она поняла.
— Что?
— Поговорить с ним.
Светлана посмотрела на бывшего мужа.
— О чём?
— Чтобы он перестал считать меня последним человеком.
— Денис, твой отец взрослый мужчина.
— Но он тебя слушает.
— Тогда, может быть, проблема не в том, кого он слушает?
Денис сжал губы.
— Он приходит к тебе каждую субботу.
— Иногда в воскресенье.
Это задело.
— Я его сын.
— Да.
— А ты…
Он остановился.
— А я кто?
Денис не нашёл ответа.
Светлана ответила сама:
— Человек, которого он не бросил.
Тишина.
— Свет, я тогда поступил как скотина.
Она удивилась.
За всё время после развода это было первое настоящее признание.
Без «но».
Без «ты тоже».
Без оправданий.
— Да.
Он кивнул.
— Я думал, начну новую жизнь.
— Начал?
— Начал.
Он горько усмехнулся.
— Только оказалось, новую жизнь нельзя построить из вещей, которые ты выкинул из старой.
Светлана ничего не сказала.
— Я не прошу тебя вернуться.
— Хорошо.
— И прощения не прошу.
— Почему?
— Потому что если попросишь прощения только для того, чтобы тебе стало легче, это тоже эгоизм.
Она внимательно посмотрела на него.
— Ты изменился.
— Немного.
— Это уже неплохо.
Он кивнул.
— Скажи отцу… нет.
Замолчал.
— Ничего ему не говори. Сам поеду.
Светлана улыбнулась.
— Вот это лучше.
Он ушёл.
А вечером Павел Андреевич приехал к ней.
С коробкой яблок.
— Что это?
— Сосед дал.
— Столько?
— У него сад большой.
Они сидели на кухне.
Светлана долго думала, говорить ли о Денисе.
Но Павел Андреевич сам произнёс:
— Приезжал сегодня.
— Кто?
— Сын мой.
— И?
Старик помешал чай.
— Извинился.
— Перед вами?
— Угу.
— И что вы?
— Спросил, за что конкретно.
Светлана рассмеялась.
— Жестоко.
— Зато полезно.
— Он ответил?
— Минут двадцать отвечал.
— И?
Павел Андреевич посмотрел в окно.
— Может, человеком всё-таки станет.
Они помолчали.
Потом старик достал из кармана маленький свёрток.
— Это тебе.
Внутри лежал ключ.
Светлана нахмурилась.
— От чего?
— От моего дома.
— Зачем?
— На всякий случай.
— Павел Андреевич…
— Павел Андреевич опять?
Она улыбнулась.
— Пап.
Он замер.
Светлана тоже.