Алиса тоже стала чаще приезжать к матери.
Однажды они вместе готовили ужин, и дочь вдруг спросила:
— Мам, а ты не жалеешь, что папа ушёл?
Вероника задумалась.
— Знаешь, я жалею только об одном.
— О чём?
— Что так долго боялась остаться одна.
Алиса обняла её.
— Ты ведь не одна.
— Теперь я это понимаю.
В начале лета Олег появился снова.
Но на этот раз не звонил в дверь.
Вероника случайно встретила его возле магазина.
Он выглядел уставшим, немного похудевшим и держал два пакета с продуктами.
— Привет, — сказал он.
— Здравствуй.
— Как дела?
— Хорошо. А у тебя?
— Потихоньку.
Он помялся.
— Представляешь, научился готовить.
— Поздравляю.
— Даже суп варю.
— Отличное достижение.
Олег невесело улыбнулся.
— Ты, наверное, смеёшься надо мной.
— Нет. Я действительно рада.
Он опустил глаза.
— Ника, я ведь только сейчас понял, сколько ты всего делала дома.
Она промолчала.
— Когда приходишь с работы, а в раковине посуда, в холодильнике пусто, рубашки не поглажены… Сначала злишься. А потом понимаешь, что некому злиться, кроме себя.
Вероника внимательно посмотрела на него.
Впервые за долгое время он говорил не о собственных желаниях.
— Прости меня, — тихо произнёс Олег. — Я многое принимал как должное.
Она почувствовала лёгкую боль.
Когда-то эти слова могли бы изменить всё.
Но прозвучали слишком поздно.
— Спасибо, что сказал.
— Может, мы могли бы…
Он не закончил.
Вероника мягко покачала головой.
— Нет, Олег.
— Даже попробовать?
— Я слишком долго пыталась сохранить то, что мы оба должны были беречь. Теперь я не хочу возвращаться туда, где меня замечали только тогда, когда чего-то не хватало.
Он опустил голову.
— Понимаю.
И, кажется, впервые действительно понял.
Они попрощались спокойно.
Без упрёков.
Без надежд, которые следовало бы снова оправдывать.
В тот вечер Вероника вернулась домой с букетом белых пионов.
Она купила их просто потому, что цветы были красивыми.
Никто не спросил, зачем тратить деньги на ерунду.
Никто не заметил ценник.
Никто не испортил настроение замечанием.
Она поставила букет на стол, включила любимую музыку и начала готовить ужин.
По квартире разлился знакомый аромат жареных котлет.
Вероника улыбнулась.
Когда-то этот запах означал, что скоро придёт муж и нужно торопиться, чтобы всё успеть.
Сегодня он означал совсем другое.
Уют.
Покой.
Свободу.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Алисы:
«Мамочка, приеду завтра! Может, вместе приготовим что-нибудь вкусное? Я привезу продукты и помогу».
Вероника прочитала и улыбнулась ещё шире.
Вот она, настоящая разница.
Один человек считал её заботу обязанностью.
Другой хотел разделить её.
Она ответила:
«Приезжай, солнышко. Испечём твой любимый пирог».
Потом достала две красивые тарелки.
Одну оставила на столе.
Вторую убрала до завтрашнего дня.
Теперь она точно знала: близость не измеряется количеством лет, прожитых под одной крышей. И любовь не должна превращаться в бесконечную работу, за которую даже не говорят спасибо.
А главное — она больше не боялась пустого стула напротив.
Потому что пустой стул можно однажды занять тем, кто принесёт в дом тепло.
Гораздо страшнее всю жизнь сидеть напротив человека, который не видит тебя за накрытым столом.
Вероника села ужинать.
За окном медленно опускался вечер, пахли пионы, тихо играла музыка.
И котлеты были особенно вкусными.
Возможно, потому, что впервые за двадцать четыре года она готовила их не ради чужого одобрения.
А просто для себя.
И это был самый счастливый ужин в её новой жизни.