— Ты хочешь, чтобы я у собственных детей просила?
Марина на мгновение закрыла глаза.
— А у бывшей невестки, значит, просить удобнее?
Свекровь ничего не ответила.
Вечером написал Антон.
«Марин, ты перевод за мастерскую забыла?»
Она ответила одним словом:
«Нет».
Через минуту пришло новое сообщение.
«В смысле?»
«Больше переводов не будет».
Антон прислал удивлённый смайлик.
А потом:
«Ну ты даёшь. Я на эти деньги рассчитывал».
Марина посмотрела на экран.
Ей хотелось спросить, почему взрослый тридцатипятилетний мужчина строит бизнес, рассчитывая на регулярные переводы бывшей жены своего брата.
Но она не стала.
Написала лишь:
«Тогда тебе придётся пересмотреть бюджет».
Через двадцать минут позвонил Павел.
— Ты что устроила?!
— Ничего.
— Мама плачет! Антон говорит, ты его подставила!
— Я перестала оплачивать чужие расходы.
— Ты понимаешь, что у него аренда через три дня?!
— Понимаю.
— И что ему делать?!
— Работать, договариваться с арендодателем, пересмотреть цены. Вариантов много.
— Ты стала совершенно другим человеком!
Марина задумалась.
А ведь он был прав.
Она действительно изменилась.
Раньше она обязательно бросилась бы всех спасать.
Перевела бы деньги, извинилась, что расстроила, и ещё несколько дней чувствовала себя виноватой.
Теперь впервые не испытывала ни желания оправдываться, ни страха оказаться плохой.
— Возможно, — ответила она. — Просто раньше я слишком часто забывала о себе.
На следующий день Павел приехал лично.
Стоял у двери с пакетом пирожных, которые Марина когда-то любила.
— Можно поговорить?
Она пропустила его на кухню.
Он сел на привычное место возле окна и долго молчал.
— Марин, я понимаю, что мы развелись, — начал наконец Павел. — Но мама действительно болеет.
— Я знаю.
— Ей шестьдесят восемь. Пенсия небольшая.
— Знаю.
— Я не могу сейчас один всё тянуть.
Марина поставила перед ним чай.
— Тогда почему ты считаешь, что должна тянуть я?
— Потому что у тебя есть возможность.
— Возможность не равна обязанности.
— Но ты ведь хорошо зарабатываешь!
— Павел, я работаю по десять часов в день. У меня кредит за мебель. Я хочу отремонтировать кухню, съездить в отпуск, создать накопления. Почему мои желания всегда должны стоять после желаний твоей семьи?
Он опустил глаза.
— Я не знал, что ты так всё воспринимаешь.
— Потому что никогда не спрашивал.
Марина открыла блокнот.
— Посмотри. Вот мои расходы. Вот кредит. Вот деньги, которые я хочу откладывать. А вот твои сорок восемь тысяч. Если я продолжу их отдавать, то снова останусь без собственных планов.
— Но квартира тебе досталась от родителей.
Она подняла голову.
— И что?
— Тебе хотя бы не нужно платить ипотеку.
— То есть мои родители всю жизнь работали, чтобы я могла оплачивать содержание твоей семьи?
Павел поморщился.
— Не переворачивай мои слова.
— Тогда объясни их иначе.
Он не смог.
За окном шёл дождь.
Чай остывал.
И впервые за много лет Марина не пыталась заполнить неловкое молчание.
Наконец Павел произнёс:
— Я думал, ты поможешь хотя бы первые месяцы. Мне ведь теперь аренду платить.
— Павел, ты сам захотел жить отдельно.
— Я не думал, что это будет настолько дорого.
— А я не думала, что после развода получу счёт за содержание твоих родственников.
Он устало провёл рукой по лицу.
— Наверное, я действительно не всё продумал.
— Это бывает, — спокойно сказала Марина. — Но исправлять последствия своих решений ты должен сам.
Он ушёл без пирожных.
Марина поставила коробку в холодильник, а вечером угостила соседку.
Прошло несколько дней.
И вдруг Марина увидела в социальной сети фотографию Антона.
Бывший деверь стоял возле мастерской, сияя от счастья, и держал новый дорогой мотоциклетный шлем.
Подпись гласила:
«Наконец-то исполнил мечту! Пятьдесят пять тысяч, но оно того стоило!»
Марина перечитала подпись.
Пятьдесят пять тысяч.
Человек, который три дня назад утверждал, что не может оплатить аренду мастерской, купил себе шлем дороже месячной аренды.
Она сделала снимок экрана и отправила Павлу.
Без единого слова.
Через несколько минут он перезвонил.
— Я видел.
— И?
— Поговорил с ним.
— Что сказал?
— Спросил, почему он покупает такие вещи, если не может оплачивать аренду.
— И что ответил?
— Сказал, что давно копил.
Марина тихо рассмеялась.
— Значит, копить он умеет. Просто на аренду копить не хотел.
Павел не возразил.
Впервые.
Через месяц произошло ещё одно событие.
Валентина Степановна пригласила обоих сыновей на ужин.
Марина узнала об этом позже, от самого Павла.
Мать накрыла стол, испекла пирог и сразу после чая достала список расходов.
Почти такой же, какой бывший муж когда-то прислал Марине.
— Значит, так, мальчики, — объявила она. — За лекарства вы будете давать мне по десять тысяч. На дачу отдельно. И Антону надо помочь с мастерской.