Я посмотрела на бывшую родню.
Карина опустила глаза.
Свекровь сидела неподвижно.
А Владислав выглядел человеком, которого только что поймали за попыткой продать мост через реку, не имея даже права на берег.
— Ну что, — произнесла я, — семейный план был рассчитан без участия собственника?
Никто не ответил.
Раздался звонок в дверь.
Я вздохнула.
— Надеюсь, это наконец мой курьер.
Но на пороге стоял Артём.
Мы познакомились четыре месяца назад в спортивном клубе, куда я записалась после развода.
Сначала просто здоровались.
Потом начали вместе тренироваться.
Постепенно подружились.
Артём работал архитектором, любил собак, старые фильмы и совершенно не умел выбирать подарки.
Поэтому обычно спрашивал напрямую:
«Тебе что купить?»
Сегодня он держал в руках пакет с кофейными зёрнами и небольшую коробку.
— Лар, привет. Ты телефон не берёшь. Привёз тот кофе, который обещал.
Он посмотрел поверх моего плеча.
— А у тебя гости?
Я усмехнулась.
— Бывшая родня пришла оценивать мои квадратные метры.
Артём поднял брови.
— Без предварительной записи?
— Именно.
Он улыбнулся.
— Смелое архитектурное решение.
Мы вошли в гостиную.
Артём поздоровался.
Спокойно.
Вежливо.
Без желания никого пугать.
Зинаида Борисовна мгновенно оценила его взглядом.
— А это ещё кто?
— Мой друг, — ответила я.
Владислав прищурился.
— Быстро ты замену нашла.
Я посмотрела на него.
— Влад, ты ушёл к другой женщине девять месяцев назад. Неужели теперь мне нужно получить у тебя письменное разрешение на дружбу?
Артём поставил кофе на стол.
Заметил документы.
— Что-то с ремонтом?
Я объяснила ситуацию.
Без крика.
Без преувеличений.
Артём внимательно прочитал первую страницу.
Потом посмотрел на Владислава.
— Я архитектор. И даже без юридической оценки могу сказать: эта смета выглядит крайне странно.
Владислав вспыхнул.
— А тебя никто не спрашивал!
Артём спокойно положил лист обратно.
— Согласен. Поэтому спорить не буду. Просто рекомендую решать имущественные вопросы через специалистов, а не через семейное голосование.
Я улыбнулась.
Зинаида Борисовна вскочила.
— Вот оно что! Ты уже нового мужика привела! Поэтому нас выгоняешь!
Я удивлённо подняла брови.
— Нет. Вас просят уйти потому, что вы пришли требовать чужую квартиру.
Карина схватила папку.
— Мы ещё вернёмся!
— Только предварительно позвоните. И лучше сразу своему адвокату.
Когда дверь за бывшими родственниками закрылась, я прислонилась к стене.
Артём посмотрел на меня.
— Ты как?
— Как человек, которому только что предложили добровольно подарить четыре миллиона за укладку ламината.
Он рассмеялся.
— Тогда тебе точно нужен кофе.
Мы прошли на кухню.
Артём открыл пакет.
Кухня наполнилась запахом свежих зёрен.
Я села возле окна.
Впервые за всё утро почувствовала, как напряжение отпускает.
— Знаешь, — сказала я, — самое обидное даже не то, что они требовали квартиру.
— А что?
— Они были искренне уверены, что я соглашусь. Просто потому, что Владиславу стало неудобно жить после собственного решения уйти.
Артём задумчиво кивнул.
— Некоторые люди путают бывшую любовь с пожизненной обязанностью.
Я посмотрела на него.
— Красиво сказал.
— Запиши. Иногда у архитекторов бывают полезные мысли.
Мы рассмеялись.
Через неделю пришло письмо от адвоката Владислава.
В нём сообщалось о намерении предъявить имущественные требования в связи с произведёнными улучшениями квартиры.
Я не стала паниковать.
Обратилась к своему юристу.
Мы собрали документы.
Договор дарения.
Выписки по счетам.
Чеки на материалы.
Сведения о стоимости ремонта.
Фотографии квартиры до и после обновления.
Оказалось, что большую часть материалов покупала я.
Работы выполнялись по нашему совместному решению во время брака.
А заявленная бывшими родственниками сумма не имела ничего общего с реальными расходами.
Мой адвокат подготовил официальный ответ.
После обмена документами требования заметно уменьшились.
Потом исчезли совсем.
До суда дело так и не дошло.
Но самое удивительное случилось позже.
Мне позвонила Милена.
— Лариса, можно задать вопрос?
— Конечно.
— Вы ведь действительно ничего ему не обещали?
— Нет.
Она тяжело вздохнула.
— Я так и думала.
Потом тихо добавила:
— Мы с Владиславом расстались.
Я не знала, что сказать.
— Мне жаль, если вам тяжело.
— Дело даже не в квартире, — ответила она. — Я поняла, что он способен обещать что угодно, лишь бы самому не отвечать за последствия.
Я посмотрела в окно.
Как знакомо.
— Берегите себя, Милена. И ребёнка.
— Спасибо.
Она помолчала.
— Знаете, он говорил, что вы холодная и расчётливая.
Я усмехнулась.
— Возможно, я просто научилась считать не только деньги, но и собственные силы.
Милена тихо рассмеялась.
На этом мы попрощались.
Прошло шесть месяцев.