— Ты что такая измученная?
— Не высыпаюсь.
— Дети болеют?
— Нет. Мы теперь всей семьёй в гостиной спим.
Когда Светлана услышала подробности, она долго смотрела на подругу.
— Подожди. Квартира твоя?
— Моя.
— Ипотеку платишь ты?
— Я.
— А комнаты распределяет муж?
— Получается, так.
Светлана отложила ложку.
— Наташа, я сейчас скажу грубо. Но иногда полезно услышать правду. Ты не обязана доказывать свою доброту ценой собственного удобства и здоровья детей.
Наталья ничего не ответила.
Эти слова надолго остались у неё в голове.
В середине октября к ним приехала сестра Андрея — Кристина.
Кристина была женщиной уверенной, ухоженной и чрезвычайно практичной, особенно когда речь шла о чужих деньгах.
Она жила с мужем Денисом в просторной трёхкомнатной квартире. Их сын уже учился в университете, поэтому две комнаты почти постоянно пустовали.
Кристина привезла матери конфеты и дорогой крем для рук.
— Мамочка, ну как ты устроилась?
— Хорошо, доченька. Только внуков немного потеснили.
— Ничего страшного. Молодым полезно привыкать к трудностям.
Наталья, проходившая мимо кухни, остановилась.
— Кристина, а почему бы вашей маме не пожить у тебя? У вас ведь места больше.
Золовка удивлённо подняла брови.
— Наташ, ну у нас совершенно другой ритм жизни. Денису нужен покой после работы. Да и ремонт собираемся делать.
— Понятно.
— А у вас дети маленькие, всё равно шумно. Одним человеком больше, одним меньше.
Наталья посмотрела на неё.
— Для тебя, наверное, действительно нет разницы. Ты ведь здесь не спишь.
Кристина сделала вид, что не услышала.
Перед уходом она отвела Андрея в коридор.
— Главное, маму пока не отправляйте обратно. Пусть живёт спокойно. Там всё нормально, я контролирую.
Наталья услышала последние слова.
— Что именно ты контролируешь?
— Мамину квартиру, конечно. Проверяю, всё ли в порядке.
— Каждый день?
— Когда получается.
Кристина быстро попрощалась и ушла.
Наталья тогда не придала разговору большого значения.
А зря.
В ноябре произошло событие, которое перевернуло всю историю.
Лидия Павловна собиралась на прогулку и обнаружила, что оставила дома свои зимние сапоги.
— Коричневые, на молнии, — объясняла она. — Стоят в прихожей, в шкафчике. Андрюша обещал привезти, но всё забывает.
— Я могу заехать после работы, — предложила Наталья.
Свекровь неожиданно смутилась.
— Ой, не надо тебе. Кристина сама привезёт.
— Мне по дороге.
— Да ключи у Кристины.
Наталья позвонила золовке.
Та не ответила.
Потом пришло сообщение: «Сегодня занята. Позже созвонимся».
На следующий день — снова молчание.
Через три дня Наталья решила просто подъехать к дому свекрови. Возможно, Кристина находилась там и сможет открыть дверь.
Она поднялась на четвёртый этаж, нажала на звонок и приготовилась ждать.
За дверью послышались шаги.
Щёлкнул замок.
И на пороге появился совершенно незнакомый мужчина лет тридцати пяти.
В домашних брюках, футболке и с кухонным полотенцем через плечо.
— Здравствуйте. Вы к кому?
Наталья растерялась.
— Простите, а вы здесь живёте?
— Да. А что?
— Здесь квартира Лидии Павловны.
— Совершенно верно. Мы у неё снимаем.
Наталья почувствовала, как внутри что-то неприятно похолодело.
— Снимаете?
— Ну да. С первого октября. А вы родственница?
— Невестка.
Мужчина улыбнулся.
— А, так вы, наверное, за сапогами! Кристина предупреждала, что кто-нибудь придёт. Проходите, сейчас вынесу.
Наталья осталась стоять на пороге.
— Подождите. Скажите, пожалуйста, сколько вы платите за квартиру?
— Двадцать шесть тысяч в месяц. Коммунальные отдельно.
— И кому переводите?
— Кристине. Она договор оформляла. А что-то не так?
— Нет. Просто уточняю.
Мужчина представился Павлом. Рассказал, что живёт здесь с женой и маленькой дочкой, что договор заключён до конца мая и что они очень довольны квартирой.
— Мы аккуратные, — добавил он. — Даже старые цветы хотели оставить, но Кристина сказала, что хозяйка свой любимый фикус обязательно заберёт.
Наталья невольно посмотрела на пустой угол прихожей.
Тот самый фикус теперь стоял у неё на подоконнике, в пластиковом ведре.
Павел вынес сапоги, аккуратно упакованные в пакет.
— Передавайте хозяйке привет.
— Обязательно.
Наталья спустилась вниз, села на скамейку возле подъезда и достала телефон.
Двадцать шесть тысяч в месяц.
Восемь месяцев.
Двести восемь тысяч рублей.
Она открыла банковское приложение.
Её ипотека за восемь месяцев составляла сто девяносто две тысячи.
Получалось, что квартира свекрови приносила больше денег, чем Наталья ежемесячно отдавала банку за собственное жильё.
А её дети всё это время спали в гостиной.
Она долго сидела на холодной скамейке.
Потом набрала Светлану.
— Свет, ты сейчас упадёшь.
— Что случилось?
— У свекрови в квартире квартиранты.
— Какие квартиранты?
— Настоящие. С договором, оплатой и всеми удобствами. Двадцать шесть тысяч в месяц.