— Когда вы были у нотариуса?
— Вера…
— Когда?
— Во вторник.
— А мне сказал, что весь день на совещании.
Максим опустил голову.
— Да.
Вот и всё.
Не документ оказался самым страшным.
Ложь.
Спокойная, заранее придуманная ложь.
— Я завтра поговорю с юристом, — сказала Вера.
Лидия Сергеевна резко вскочила.
— Только попробуй!
— Что?
— Начать таскать семью по судам!
— Семью?
Вера посмотрела сначала на неё, потом на мужа.
— Семья не оформляет чужое имущество тайком.
— Да что ты заладила — чужое, чужое! — закричала свекровь. — Максим твой муж!
— Поэтому я должна подарить вам квартиру?
— Не подарить! Господи, какая же ты мелочная!
Максим наконец ударил ладонью по столу.
— Хватит!
Вера вздрогнула.
За шесть лет брака он ни разу не повышал на неё голос.
— Мама действительно вложила сюда деньги, — сказал он. — И если мы семья, зачем вообще делить на твоё и моё?
— Хороший вопрос.
Вера посмотрела ему прямо в глаза.
— Тогда завтра перепишем треть твоей машины на моего отца.
Максим замер.
— Причём здесь машина?
— Мы же семья.
— Это другое.
— Конечно.
Она улыбнулась.
— Когда речь о моём — всё общее. Когда о твоём — это другое.
Лидия Сергеевна шагнула к сыну.
— Максим, ты слышишь, как она издевается?
Но впервые Вера не стала ждать его реакции.
Она поднялась.
— Сегодня я буду спать в гостиной. А завтра узнаю, что именно вы подписали и как это отменить.
— Вера, не делай глупостей.
Она посмотрела на мужа.
— Самую большую глупость я уже сделала.
— Какую?
— Шесть лет думала, что если человек молчит, значит, он добрый. Оказывается, иногда он просто ждёт, кто победит.
Ночью Вера почти не спала.
В половине второго она услышала голоса на кухне.
Дверь была приоткрыта.
— Ты должен надавить на неё, — шептала Лидия Сергеевна.
— Мам, хватит.
— Она сейчас всё отменит!
— Я знаю.
— Тогда поговори как мужчина!
Несколько секунд было тихо.
Потом Максим сказал:
— Может, действительно не стоило делать без неё.
Вера прикрыла глаза.
Она почему-то ждала продолжения.
Ждала: «Я был неправ».
Но услышала другое:
— Надо было сначала уговорить её.
В этот момент внутри что-то окончательно оборвалось.
Утром Вера не пошла на работу.
В десять она уже сидела в кабинете юриста Антона Белова, которого ей посоветовала коллега.
Он внимательно изучил фотографии.
Попросил документы на квартиру.
Задал несколько вопросов.
А затем откинулся на спинку кресла.
— Вы собственник?
— Да.
— Квартира принадлежала вам до брака?
— Да.
— Вы кому-нибудь выдавали доверенность?
— Никогда.
Антон постучал ручкой по столу.
— Тогда сначала успокойтесь. Без вашего волеизъявления распоряжаться вашей собственностью ваш муж не может. Но мне нужно увидеть оригиналы и понять, что именно они пытались оформить.
— То есть квартиру я не потеряла?
— По тому, что вы мне показали, оснований так считать нет.
Вера впервые за сутки нормально вдохнула.
Но Антон поднял палец.
— Только больше ничего дома не подписывайте.
— Не буду.
— И документы заберите.
Вера улыбнулась.
— Уже.
Возвращаться домой она решила не сразу.
Сначала заехала в банк.
Потом на работу.
Потом купила небольшую папку с замком.
А вечером вошла в квартиру так спокойно, словно ничего не произошло.
На кухне её ждал праздничный стол.
Салат.
Запечённая курица.
Пирог.
Вино.
Лидия Сергеевна вышла навстречу с улыбкой.
— Верочка, ну что мы как враги? Я всю ночь не спала.
Максим сидел за столом.
— Давай просто забудем вчерашнее, — сказал он.
Вера сняла пальто.
— Давайте.
Свекровь просияла.
— Вот! Я же знала, что ты умная женщина.
— Только сначала один вопрос.
— Конечно.
— Где оригинал соглашения?
Улыбка исчезла.
— Зачем тебе?
— Хочу посмотреть.
— Я убрала.
— Куда?
— В надёжное место.
Вера кивнула.
— Понятно.
Она достала из сумки свою папку.
Положила на стол заключение юриста.
Рядом — копии документов на квартиру.
— Сегодня я всё проверила.
Максим напрягся.
— И?
— Вы не можете распоряжаться моей квартирой.
Лидия Сергеевна побагровела.
— Мы это уже слышали!
— Нет. Вчера вы слышали моё мнение. Сегодня — мнение юриста.
— Нашла кого слушать!
— И ещё кое-что.
Вера повернулась к мужу.
— Я подаю на развод.
Тишина стала такой плотной, что было слышно тиканье часов.
Максим медленно поднялся.
— Ты что?
— Я подаю на развод.
— Из-за бумажки?
Вера посмотрела на него с удивлением.
— Ты до сих пор думаешь, что дело в бумажке?
— А в чём?!
— В том, что мой муж вместе со своей матерью пытался решить судьбу моего имущества за моей спиной. А когда я узнала, ты не сказал: «Прости». Ты сказал: «Мама хотела спокойствия».
— Можно всё исправить.
— Нельзя.
— Почему?
Вера на секунду задумалась.
— Потому что вчера ночью я услышала ваш разговор.