Свекровь раздала ключи от нашей новой дачи. В пятницу вечером выяснилось, что она пообещала родне кое-что ещё

До вечера мы возились с домом. Я нашла тапочки под кухонной мойкой, а Олег потратил час на сборку вешалки и обнаружил, что привинтил крючки к стене на разной высоте. Мы решили оставить. Один из них идеально подходил для мокрого зонта.

В сумерках позвонил Сергей Ильич.

— Тут Лариса. С мальчиком и тортом. Говорит, ей только на минуту, и мама вашего мужа уже едет.

Олег поехал к воротам, я села рядом. Лариса стояла под навесом у будки. Гриша прижимал к груди прозрачную коробку. Из крема на торте торчали деревья, а посередине стоял коричневый домик с треугольной крышей, почти как наш.

— Мам, а это здесь? — спросил он, увидев Олега.

— Дай мне поговорить, — сказала Лариса и взяла у него коробку. — Я нашла зал на завтра. Хотела только торт у вас до утра оставить. Нина сказала, у вас большой холодильник, а у меня он поперёк полки не входит.

— У нас холодильник под столешницей, — сказал Олег. — В него противень поперёк не входит.

Лариса несколько секунд смотрела на него. Потом опустила голову и рассмеялась. Смех у неё быстро сорвался.

— Я ведь её спросила. Сказала, дай номер Марины, я всё сама уточню. А она обиделась. Сказала, вы с ней уже договорились и я просто ищу повод отказаться.

Олег приподнял крышку коробки. Одна из елей качнулась.

— В старом холодильнике у нас дома места хватит. Если хочешь, сейчас отвезём. А утром завезу в зал.

Гриша спросил, можно ли ему съесть упавшую ёлку. Лариса поправила её пальцем, посмотрела на сына и отдала ему.

Тут к воротам подъехала Нина Павловна. Она вышла из машины с пакетом бумажных флажков. Увидела нас, Ларису, торт и сразу обратилась к Олегу:

— Мы только стол накроем с вечера. Если Марине неудобно, вы утром погуляете по лесу. К трём всё уберём.

— Праздник будет в городе, — сказала Лариса. — Я уже договорилась.

— Как ты так быстро нашла?

— Позвонила и спросила, можно ли.

Нина Павловна поджала губы и посмотрела на меня.

— Вот видишь, до чего мы дошли. Стоим под дождём с ребёнком.

Олег шагнул к матери. Я думала, он возьмёт у неё пакет. Он так и сделал. Поставил его на сухую скамейку рядом с будкой и сказал:

— Мама, ты получила ключ потому, что я тебе доверял. Ты его скопировала и пообещала наш дом людям. Когда мы тебе сказали, что поездки не будет, ты всё равно отправила их сюда. Мне больше не нужны объяснения про то, какая у нас большая гостиная. Я хочу, чтобы ты услышала, что я тебе говорю.

Она даже руки из карманов не вынула.

— Тебя Марина попросила так со мной разговаривать?

— Марина вчера попросила меня решить, где я хочу провести пятницу. Всё остальное я говорю сам.

Из будки вышел Сергей Ильич с бумажным стаканчиком чая. Предложил Грише сжать его ладонями, пока взрослые решают, кто повезёт торт. Гриша спросил, можно ли стаканчик потом забрать. Оказывается, он собирал разные стаканчики с рисунками, а на этом была лиса. Вот что волновало его в тот вечер больше всего.

Олег отвёз торт в город. Я вернулась к дому, включила лампу над террасой и вымела иголки, как собиралась с самого утра. К тому времени, когда муж вернулся, от пирога осталось два куска. Я подогрела их на сковороде, потому что духовку нам ещё не подключили.

Мы пили вино из кружек. Олег поставил свою на подоконник и вдруг сказал:

— Когда мама спросила про ключи, я ведь подумал, что надо сначала спросить тебя. И всё равно ответил ей, где они лежат. Мне было легче потом объясняться с тобой.

Я помолчала. За окном на освещённых ступеньках лежало несколько новых иголок.

— Мне тоже долго было легче молчать и ставить обувницу обратно.

— Какую обувницу?

Я рассказала. Он слушал с таким вниманием, будто история была про что-то огромное. Тогда я впервые поняла, как много наших домашних разговоров происходило только у меня в голове.

Нина Павловна почти месяц не звонила. Потом однажды спросила у Олега, могут ли они увидеться вдвоём. Он вернулся с прогулки и сказал, что мать просила передать одно предложение. Она думала, раз сын строит дом, у неё теперь тоже есть место, куда можно позвать близких. Ей следовало спросить.

На майские мы пригласили её на обед. Она ответила: «Спасибо. Можно я привезу пирог?» И дождалась ответа. Приехала ровно к двум, хотя мы потом узнали, что автобус пришёл на двадцать минут раньше и она успела прогуляться до озера.

Ближе к осени мы позвали Ларису с Гришей. Он обошёл дом дважды и сказал, что крыша у нас круче, чем была у того торта. Потом помог мне найти на участке две сосновые шишки для школьной поделки. Мы нашли семь, и все семь он унёс в карманах.

Через год Олег наконец повесил у двери звонок. Нина Павловна приехала к нам первой после того, как он его подключил. Я видела её через окно. Она подняла руку к двери, заметила кнопку и нажала. Олег из кухни крикнул, что открыто, но она осталась на крыльце с пирогом в обеих руках.

Я подошла и открыла ей.

— Хорошо, что вы приехали, — сказала я.

5