— Приносил. Последние два года меньше, потому что хозяйка болела и почти не вкладывалась в ремонт. Но постоянные гости есть. И бронирования на следующий сезон уже поступают.
— А если всё обновить?
Марина впервые улыбнулась.
— Тогда, Екатерина Андреевна, у нас снова будет очередь на лето.
В тот вечер Екатерина сидела на террасе до темноты.
Море шумело внизу.
Ветер перебирал страницы тётиного письма.
И впервые за много лет ей не хотелось возвращаться домой.
На следующее утро позвонил Максим.
— Ну что, посмотрела? Когда выставляем на продажу?
— Я не собираюсь продавать.
Муж замолчал.
— Что?
— Я хочу сохранить пансионат.
— Катя, ты серьёзно? Ты хоть понимаешь, сколько там работы?
— Начинаю понимать.
— Мама сказала, что ты можешь всё испортить!
Екатерина закрыла глаза.
— Максим, а ты сам что думаешь?
— Я думаю, надо послушать маму.
И в этот момент что-то окончательно встало на свои места.
Она не стала спорить.
— Тогда слушай.
— Что?
— Свою маму. А я буду слушать себя.
Вернувшись в Москву, Екатерина обнаружила, что дома её ждёт настоящий семейный совет.
За кухонным столом сидели Максим, Галина Аркадьевна и старший брат мужа Олег.
Перед ними лежали распечатки объявлений о продаже квартир.
— Вот, — радостно объявила свекровь. — Мы уже подобрали несколько вариантов!
Екатерина медленно сняла пальто.
— Каких вариантов?
— Квартир, конечно! Четырёхкомнатная в хорошем районе. И мне отдельную небольшую квартиру поближе к вам можно будет купить.
— Вам?
Галина Аркадьевна улыбнулась.
— Ну не чужая же я тебе!
Екатерина посмотрела на мужа.
Он отвёл глаза.
— Максим, ты знал об этом?
— Мамина квартира старая. Мы подумали, что можно помочь.
— За счёт моего наследства?
— Катя, не будь мелочной!
Эти слова произнесла свекровь.
И вдруг Екатерина рассмеялась.
Не истерично.
Не зло.
Просто она впервые увидела происходящее со стороны.
Люди, которые годами считали её недостаточно хорошей для своей семьи, теперь делили деньги женщины, которую никогда не уважали.
— Ничего продаваться не будет, — сказала она.
Свекровь перестала улыбаться.
— Что значит не будет?
— Именно то, что я сказала.
— Максим! Объясни своей жене!
Муж поднялся.
— Катя, давай без сцен.
— Сцен не будет. Я уже приняла решение.
— Ты обязана советоваться с мужем!
— Советоваться — да. Подчиняться твоей матери — нет.
Галина Аркадьевна побагровела.
— Вот, значит, как! Пока денег не было, сидела тихо, а теперь решила показать характер!
Екатерина посмотрела ей прямо в глаза.
— Нет. Характер у меня был всегда. Просто раньше я позволяла вам делать вид, что его нет.
Вечером Максим устроил скандал.
Он говорил, что Екатерина разрушает семью, что стала жадной, что тётя наверняка не хотела бы такого.
Последняя фраза оказалась особенно болезненной.
— Не смей говорить от имени моей тёти, — тихо произнесла Екатерина.
— А что такого?
Она достала письмо.
Но передумала показывать.
Эти слова принадлежали только ей.
— Ничего. Просто теперь я всё понимаю.
Следующие недели стали испытанием.
Свекровь звонила почти ежедневно.
Сначала уговаривала.
Потом угрожала.
Затем неожиданно заболела и требовала помощи.
Когда и это не подействовало, начала рассказывать родственникам, что Екатерина собирается бросить мужа ради богатой жизни на море.
Максим всё чаще ночевал у матери.
А Екатерина встречалась с юристом, бухгалтером и специалистом по гостиничному бизнесу.
Она изучала документы, рассчитывала расходы, составляла план ремонта.
И постепенно обнаружила, что ей невероятно интересно этим заниматься.
Впервые работа не казалась обязанностью, которую нужно выполнять ради чужого одобрения.
Это было её дело.
Её решение.
Её будущее.
Однажды Максим вернулся домой с большим букетом белых роз.
— Катюш, давай помиримся.
Она удивилась.
— Мы разве ссорились?
— Ну, ты понимаешь. Мама погорячилась. Я тоже.
Он обнял её.
— Мы же любим друг друга.
Екатерина долго смотрела на мужа.
— Максим, скажи мне одну вещь. Если бы наследства не было, ты бы сейчас принёс эти цветы?
Он растерялся.
— Что за вопрос?
— Простой.
— Конечно.
— Тогда почему за семь лет ты ни разу не защитил меня, когда твоя мать унижала меня при тебе?
Максим отпустил её.
— Опять начинаешь.
И она поняла, что ответа не будет.
В конце ноября Екатерина подала на развод.
Без громких обвинений.
Без желания отомстить.
Просто однажды утром проснулась и осознала, что больше не хочет прожить следующие двадцать лет в ожидании, когда муж наконец станет на её сторону.
Максим не верил до последнего.
— Ты пожалеешь.
— Возможно, — ответила она. — Но это будет моя ошибка. И мой выбор.
Галина Аркадьевна позвонила в тот же вечер.
— Ты ещё приползёшь обратно! Думаешь, твои миллионы заменят тебе семью?
Екатерина спокойно выслушала.