Декоративные свечи с подоконника Раиса Михайловна убрала в коробку.
— Пылесборники.
Тамара однажды переставила все книги в гостиной по размеру.
— Так аккуратнее.
А на шестой день Яна обнаружила, что из Лёшиной комнаты вынесли письменный стол.
Он стоял в коридоре.
— Что это?
Раиса Михайловна выглянула с кухни.
— А, мы освободили место.
— Для чего?
— Нам с Тамарой там тесновато.
Яна посмотрела на неё.
— Вам?
— Ну да. Две кровати поставить надо нормально.
Яна почувствовала, как холодеют руки.
— А Лёша где будет жить?
Свекровь посмотрела на неё с искренним удивлением.
— У вас.
— Где?
— В спальне.
— На полу?
— Можно раскладушку купить.
В этот момент из ванной вышел Лёша.
Он всё слышал.
— Мам, а я теперь насовсем без комнаты?
От одного выражения его лица у Яны что-то перевернулось внутри.
Она присела перед сыном.
— Нет.
Потом встала.
— Раиса Михайловна, стол сегодня же возвращается обратно.
— Яночка…
— Сегодня.
— Что ты из-за ерунды…
— И все вещи Лёши останутся там, где были.
Свекровь поджала губы.
— Конечно. Тебе две пожилые женщины менее важны, чем детские игрушки.
Яна посмотрела ей в глаза.
— В моём доме мой ребёнок важнее всех ваших удобств.
И впервые за неделю сказала это без чувства вины.
Вечером она ждала поддержки мужа.
Хотя уже почти знала, что не получит её.
— Твоя мама решила забрать комнату Лёши.
Игорь продолжал смотреть в телефон.
— Ну временно.
— Они вынесли его стол.
— Вернут.
— Игорь.
— Что?
— Посмотри на меня.
Он нехотя поднял глаза.
— Наш сын спросил сегодня, останется ли он теперь навсегда без своей комнаты.
— Яна, не драматизируй.
— Это не драматизация.
— Мама пожилая. Тамара тоже. Что им, вдвоём на диване спать?
— Почему вообще Тамара должна здесь спать?
— Господи…
Он раздражённо отложил телефон.
— Ты можешь хоть один раз просто помочь людям?
Яна долго смотрела на мужа.
И неожиданно для себя сказала:
— А знаешь, что самое неприятное?
— Что?
— Я всё время думала, что мы с тобой одна команда.
Он усмехнулся.
— Мы и есть команда.
— Нет.
— И с чего ты это взяла?
— Потому что, когда пришлось выбирать между комфортом нашего сына и удобством твоей матери, ты даже не задумался.
Игорь промолчал.
И это молчание оказалось красноречивее любого ответа.
На девятый день позвонила соседка.
Не нынешняя.
Старенькая соседка бабушки, которая знала Яну ещё девочкой.
— Янусь, ты не пугайся, но я тебе одну вещь скажу.
— Какую?
— Тут твоя свекровь приезжала.
Яна нахмурилась.
— К вам?
— Ага. У нашей председательши спрашивала, как человека к квартире зарегистрировать.
— К какой квартире?
— К твоей, я так поняла.
У Яны внутри всё сжалось.
— Что именно спрашивала?
— Как сделать так, чтобы потом без согласия человека не выписали. И ещё про долю что-то говорила.
Яна закрыла глаза.
— Спасибо.
— Ты только осторожно, деточка.
— Хорошо.
После звонка она ещё минут пять сидела неподвижно.
Потом дождалась Игоря.
— Твоя мать хочет зарегистрироваться здесь?
Он сразу отвёл глаза.
Этого было достаточно.
— Игорь.
— Мы просто обсуждали варианты.
— Какие варианты?
— Ну если ремонт затянется…
— Какой ремонт?
Он замолчал.
— Я задала вопрос.
— Крыша.
— Я звонила соседу твоей матери.
Теперь он посмотрел на неё.
— Зачем?
— Крыша у неё в полном порядке.
Игорь побледнел.
Вот теперь всё стало на свои места.
Никакого срочного ремонта не было.
— Зачем ты соврал?
— Я не соврал…
— Зачем?
— Мама хотела пожить ближе.
— Ко мне?
— К нам.
— И зарегистрироваться.
— Чтобы поликлиника была рядом.
Яна почти рассмеялась.
— А доля?
— Какая доля?
— Та самая, про которую она расспрашивала.
Игорь нервно прошёлся по комнате.
— Слушай, я шесть лет здесь живу.
— Продолжай.
— Я вкладывался.
— Продолжай.
— Я делал ремонт.
— И?
— Ну неужели у меня вообще никаких прав нет?
Яна смотрела на него и не верила, что слышит это от собственного мужа.
— То есть все эти годы ты красил стены не потому, что жил здесь со мной, а потому что считал квадратные метры?
— Не перекручивай.
— Я ничего не перекручиваю.
— Ты прекрасно понимаешь, о чём я.
— Теперь понимаю.
И впервые Яне стало по-настоящему страшно.
Не за квартиру.
За брак.
Потому что она вдруг увидела человека рядом с собой совсем иначе.
Два дня спустя начальник отпустил Яну раньше.
Она решила никого не предупреждать.
Купила по дороге пирожные для Лёши и около четырёх открыла дверь квартиры.
Из кухни доносился мужской голос.
Незнакомый.
Спокойный.
Деловой.
— В данном случае можно оформить соглашение…
Яна сняла обувь.
Медленно пошла по коридору.
И остановилась в дверях.
За её кухонным столом сидели четверо.
Раиса Михайловна.
Тамара.
Игорь.
И незнакомый мужчина лет пятидесяти в костюме.