— Макароны с курицей, — ответила я.
— Отлично!
Он открыл холодильник.
— Кстати, Свет, хотел поговорить.
Сердце пропустило удар.
— Слушаю.
— Думаю, нам пора продать машину.
Я медленно повернулась.
— Почему?
— Да времена сложные. На работе непонятно что творится. Возможно, зарплату сократят. Зачем нам такие расходы?
— А Полину как возить?
— На автобусе. Ничего страшного.
На автобусе.
Точно теми словами, которые несколько часов назад произнесла его мать.
— А деньги от продажи куда пойдут?
Денис на секунду замялся.
— Ну… долги закроем. Может, что-нибудь попроще потом купим.
— Какие долги?
— Свет, не начинай! Я же для семьи стараюсь!
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Хорошо. Я подумаю.
Он заметно расслабился.
— Вот и умница.
И поцеловал меня в лоб.
Этот поцелуй показался мне страшнее всех услышанных в гараже слов.
На следующее утро я встретилась со своей школьной подругой Натальей.
Наташа работала в юридической фирме и знала мой характер лучше родной матери.
Выслушав историю, она долго молчала.
Затем спросила:
— Света, ты понимаешь, что они собираются сделать?
— Отобрать машину.
— Нет. Они собираются отобрать у тебя уверенность, что ты вообще имеешь право на что-то своё.
Я опустила глаза.
Наталья взяла меня за руку.
— Послушай внимательно. То, что ты получила по наследству, является твоим личным имуществом. Если деньги от продажи наследства можно проследить до покупки автомобиля, у тебя есть серьёзные основания требовать учёта своего личного вложения при разделе. Регистрация машины на мужа сама по себе не делает её исключительно его собственностью.
— Значит, я могу её сохранить?
— Возможность есть. Но надо действовать быстро. И с адвокатом.
В тот же день мы встретились с опытным юристом Викторией Андреевной.
Она внимательно изучила мои документы.
— Хорошая доказательная база, — сказала она. — Но итог зависит от оценки автомобиля, документов и позиции суда. Подадим иск о разделе имущества и заявление об обеспечительных мерах. Попросим временно запретить регистрационные действия.
— А развод?
Она внимательно посмотрела на меня.
— Это решение должны принять вы.
Я вспомнила, как свекровь называла меня дурочкой.
Как Денис целовал меня в лоб, уже планируя обман.
Как двенадцать лет я старалась быть хорошей женой, не замечая, что перестала быть хорошей самой себе.
— Подавайте и на развод, — ответила я.
Впервые произнеся эти слова, я не заплакала.
Следующие несколько дней стали самым странным временем в моей жизни.
Я готовила завтраки.
Проверяла уроки Полины.
Стирала рубашки Дениса.
Разговаривала с соседями.
А внутри меня словно работал невидимый механизм, который шаг за шагом возвращал мне контроль над собственной жизнью.
Во вторник муж вдруг стал необыкновенно внимательным.
Принёс цветы.
Предложил сходить в ресторан.
Даже сам помыл посуду.
— Светик, ну что ты решила насчёт машины? — спросил он вечером.
— Не хочу продавать.
Улыбка исчезла с его лица.
— Ты же понимаешь, что сейчас не время капризничать?
Я подняла брови.
— Капризничать?
— Ну да. Я пытаюсь решить финансовые вопросы, а ты упёрлась.
— Тогда покажи мне документы по долгам.
Он побледнел.
— Какие ещё документы?
— Те, из-за которых мы должны лишиться автомобиля.
— Ты мне не доверяешь?!
Вот оно.
Любимый приём.
Когда ответить нечего, нужно обвинить другого в недоверии.
— Я просто хочу видеть цифры, Денис.
Он резко встал из-за стола.
— С тобой невозможно разговаривать!
И ушёл в другую комнату.
А я впервые за двенадцать лет не побежала мириться.
В среду вечером раздался неожиданный звонок.
Марина.
Младшая сестра Дениса.
— Света, нам надо встретиться.
Я хотела отказаться, но она добавила:
— Я знаю, что ты всё слышала в гараже.
Через полчаса мы сидели в её стареньком автомобиле возле супермаркета.
Марина теребила рукав куртки.
— Прости меня, — выдавила она.
Я молчала.
— Мама решила, что ты ничего не слышала. А я потом всю ночь не спала.
— Почему?
— Потому что это подлость. Настоящая подлость.
Она подняла на меня покрасневшие глаза.
— Мне не нужна твоя машина. Я вообще не хочу участвовать в этой истории. Просто всю жизнь делала то, что мама говорит.
— А Денис?
Марина отвернулась.
— У него есть другая.
Я почувствовала неприятную пустоту в животе.
Хотя уже знала ответ.
— Кто?
— Кристина. Работают вместе. Ей двадцать девять. Денис обещал переехать к ней после Нового года. Мама с ней уже познакомилась.
— Давно?
— Почти год.
Почти год.
Пока я выбирала ему рубашки.
Пока мы отмечали годовщину свадьбы.
Пока я готовила ужин и ждала его с работы.
— А машину они когда собираются переоформлять?
— Завтра утром. Мама записалась на десять.
Я кивнула.
— Спасибо, Марина.
— Ты что-нибудь собираешься делать?
Я посмотрела на неё.
— Уже сделала.