— Эта моя, а эта для Кати, — объявила она.
Я взяла небольшую корзину.
Мне требовались хлеб, молоко, яйца, овощи и немного мяса на ужин.
— И это всё? — удивилась Лариса, увидев мои покупки.
— Да.
— Вероника, ты совсем перестала себя баловать! Живёшь так, будто завтра голод начнётся.
— Мне достаточно того, что я выбрала.
Сестра демонстративно вздохнула.
А затем началось настоящее представление.
Она складывала в тележки дорогую рыбу, говядину, импортные сыры, авокадо, ягоды, оливковое масло, кофе и коробки конфет.
Периодически она поворачивалась ко мне:
— Вот это Катюше понравится!
Или:
— Возьму сразу две упаковки. Не каждый же день у нас такой праздник!
Я молча наблюдала.
Когда она положила в тележку третью банку икры, я не удержалась:
— Лариса, ты уверена, что вам столько нужно?
— Конечно! — отрезала сестра. — Я привыкла покупать качественные продукты. Не всем же питаться макаронами!
В какой-то момент она встретила знакомую.
— Ой, Светочка! — радостно воскликнула Лариса. — Представляешь, сестра сегодня решила устроить нам настоящий праздник! Оплачивает все покупки!
Я стояла рядом.
Знакомая посмотрела на меня с восхищением.
— Какая у вас замечательная сестра!
— Да, — ответила я. — Сегодня действительно будет незабываемый день.
Лариса довольно улыбнулась.
Она даже не заметила, каким тоном я произнесла последнюю фразу.
К кассам мы подошли почти через полтора часа.
Сестра выбрала очередь, где было меньше покупателей, и принялась выкладывать продукты на ленту.
Сначала свою тележку.
Потом Катину.
Кассир терпеливо пробивала покупки.
Сумма на экране росла.
Десять тысяч.
Пятнадцать.
Двадцать.
Двадцать пять.
Наконец прозвучало:
— Двадцать восемь тысяч четыреста шестьдесят рублей.
Лариса торжественно повернулась ко мне.
— Вероника, оплачивай.
Я спокойно поставила свою корзину рядом.
— Сначала, пожалуйста, оформите эти покупки отдельным чеком, — попросила я кассира.
Та удивлённо посмотрела на нас.
— Хорошо. А предыдущий чек кто оплачивает?
— Моя сестра, — ответила я.
Лариса резко повернула голову.
— Что?!
— Твои покупки оплачиваешь ты.
— Вероника, не устраивай сцену!
— Я ничего не устраиваю.
— Мы же договорились!
— Нет, Лариса. Ты объявила своё решение, а я сразу сказала, что не согласна.
Лицо сестры начало краснеть.
— Ты понимаешь, сколько здесь людей?!
— Понимаю. Поэтому давай не задерживать очередь.
— Немедленно доставай карту!
Я открыла сумку.
Достала кошелёк.
Медленно расстегнула молнию.
И показала сестре его содержимое.
Там лежали две тысячные купюры и несколько мелких монет.
Банковских карт не было.
Лариса смотрела на кошелёк так, будто перед ней открылась бездна.
— Где твоя карта?
— Дома.
— Какая карта?!
— Обе.
— Ты специально?!
— Да.
Сестра открыла рот, но несколько секунд не могла произнести ни слова.
Потом прошипела:
— Ты решила меня унизить?!
Я посмотрела ей прямо в глаза.
— Нет. Я решила больше не позволять тебе унижать меня.
Эти слова прозвучали негромко.
Но почему-то именно после них Лариса замолчала.
Кассир осторожно спросила:
— Женщина, вы будете оплачивать покупки?
— Сейчас! — резко ответила сестра.
Затем повернулась к Андрею.
— Андрей! Ты же нормальный человек! Оплати всё сам, а с женой потом разберёшься!
Муж, до этого молча стоявший возле тележки, спокойно ответил:
— Лариса, я приехал помочь с покупками, а не финансировать чужие обещания.
— И ты туда же?!
— Мы с Вероникой одна семья. И решения о наших деньгах принимаем вместе.
— Да вы оба жадные!
Андрей пожал плечами.
— Возможно. Но зато мы не распоряжаемся чужими кошельками.
Кто-то в очереди тихо усмехнулся.
Лариса побледнела.
Она огляделась, поняла, что привычный спектакль с обвинениями не работает, и достала из сумки свою золотую банковскую карту.
— Оплачу! — процедила она. — Но вы ещё пожалеете!
Терминал коротко пискнул.
Оплата прошла.
Я расплатилась наличными за свою небольшую корзину.
Кассир протянула мне чек и тихо сказала:
— Хорошего вам дня.
Я улыбнулась.
— Спасибо. Он уже хороший.
До машины мы шли молча.
Лариса демонстративно толкала тележку сама, хотя Андрей несколько раз предлагал помочь.
Возле её подъезда мы выгрузили пакеты.
— Ты разрушила наши отношения! — наконец произнесла сестра.
Я посмотрела на неё.
— Лариса, отношения не могут держаться на том, что один человек постоянно уступает, а второй этим пользуется.
— Я никогда не думала, что моя родная сестра окажется такой!
— А я никогда не думала, что моя родная сестра будет требовать деньги как должное.
Она резко захлопнула дверь автомобиля.
Мы с Андреем некоторое время молчали.
Потом муж спросил:
— Ну что, теперь нас исключат из семейного завещания?
Я рассмеялась.
— Если наследство состоит из двух тележек чужих продуктов, переживём.