— Наследство не пополам.
Максим раздражённо откинулся на стуле.
— Опять начинается твоя бухгалтерия.
— Не бухгалтерия. Закон.
— Да кому нужен твой закон, когда речь о семье?!
— Обычно закон особенно нужен именно тогда, когда речь заходит о семье и деньгах.
Он усмехнулся.
— Ты всё усложняешь.
— А вы, наоборот, сильно упростили.
Я посмотрела на них.
— Тётя умерла. Я получила квартиру. Продала её. И вы уже решили, куда потратите деньги.
Лариса всплеснула руками.
— Господи, Ань, как ты говоришь!
— А как надо?
— Будто мы какие-то чужие.
— А вы сейчас ведёте себя как чужие.
Тишина.
И вот тут Максим положил ладони на стол.
— Всё.
Голос изменился.
Исчезло спокойствие.
— Хватит.
Я посмотрела на него.
— Значит так.
Он говорил тем тоном, которым обычно отчитывал подчинённых.
— Я твой муж.
— Пока да.
Он пропустил это мимо ушей.
— И я не собираюсь каждый раз унижаться и просить разрешения распоряжаться семейными деньгами.
— Они не семейные.
— Семь лет брака, Аня!
— И?
— Ты вообще слышишь себя?
— Отлично.
Максим встал.
— Хорошо.
Он прошёлся по комнате.
— Давай по-другому.
Остановился.
— Я принимаю решение.
Мне даже стало интересно.
— Какое?
— Два миллиона Ларисе.
Золовка победно улыбнулась.
— Три мне на машину.
— А остальные?
— Оставишь на счёте.
— Как великодушно.
— Вот именно!
Он не уловил сарказм.
— Я ведь не забираю всё.
За столом стало тихо.
Я посмотрела на мужа.
На его мать.
На Ларису.
На свёкра, который мечтал провалиться сквозь пол.
И вдруг сказала:
— Хорошо.
Максим замолчал.
— Что?
— Я согласна.
Лариса ахнула.
Свекровь мгновенно расплылась в улыбке.
— Вот! — торжествующе сказала она. — Я всегда говорила, Анечка у нас разумная женщина.
Максим сел обратно.
Откинулся на стуле.
— Ну вот.
И добавил:
— Можно же было сразу.
Я улыбнулась.
— Можно.
Пауза.
— Но есть одно условие.
Улыбка мужа стала осторожнее.
— Какое?
Я сложила руки перед собой.
— Раз вы настолько уверены, что деньги идут на прекрасные цели, давайте все риски тоже разделим по-семейному.
Лариса перестала жевать.
— В смысле?
— Очень просто.
Я повернулась к ней.
— Ты получаешь два миллиона не в подарок, а по договору займа.
— Какого ещё займа?
— Обычного.
— Но мы же…
— Семья?
Она кивнула.
— Тем более проблем не будет.
Я продолжила:
— Срок возврата — два года.
— А если бизнес сначала не пойдёт?
— Ты же только что говорила, что он обязательно пойдёт.
Лариса замолчала.
Я повернулась к мужу.
— А поручителем будет Максим.
Он сразу нахмурился.
— Почему я?
— Это же твоя сестра.
— Ну и?
— Ты уверен в её бизнесе?
— Конечно.
— Значит, ничего не теряешь.
— А поручительство здесь зачем?
— Для уверенности.
Свекровь вмешалась:
— Аня, ну что за формальности?!
Я улыбнулась.
— Подождите. Самое интересное впереди.
Максим напрягся.
— Что ещё?
— Ты хочешь три миллиона на машину.
— Да.
— Прекрасно. Я могу дать их тебе.
Он расслабился.
— Но машина оформляется на меня.
— Чего?!
— До тех пор, пока ты не вернёшь деньги.
— Я твой муж!
— Именно поэтому мне странно, что тебя это пугает.
— Ты предлагаешь мне ездить на машине, которая будет записана на тебя?!
— Да.
— Это унизительно!
Я чуть наклонила голову.
— А взять у жены три миллиона — не унизительно?
Он вспыхнул.
— Совсем другое!
— Почему?
Ответа не было.
Лариса тихо сказала:
— Ань, ну я вообще не понимаю…
— Что именно?
— Эти договоры.
— Там всё будет просто.
— Просто у меня бизнес…
Она замялась.
— Риски.
Я улыбнулась.
— Вот.
— Что?
— Наконец-то мы произнесли правильное слово.
Посмотрела на всех.
— Риски.
Тишина.
— Когда рискую я — вы называете это семьёй.
Перевела взгляд на мужа.
— Когда рисковать должен Максим — это уже унижение.
На Ларису.
— Когда отвечать надо тебе — внезапно появляются «риски».
Я откинулась на спинку стула.
— Отличный семейный бизнес-план.
Тамара Викторовна ударила ладонью по столу.
— Да ты просто жадная!
Максим резко встал.
— Вот именно!
Теперь его лицо стало совсем другим.
Маска разумного мужа исчезла.
— Ты никогда не уважала мою семью!
— Я вас сегодня пригласила на обед.
— Не передёргивай!
— Ты просишь пять миллионов.
— Не для себя!
Я посмотрела на него.
— Три миллиона на твою машину — это для кого?
Он сбился.
— Мне для работы.
— Машина за три миллиона необходима, чтобы продавать офисные кресла?
— Аня!
— Максим.
Он сжал кулаки.
— Если бы не я, ты бы вообще…
Остановился.
— Что?
— Ничего.
— Нет.
Я смотрела прямо на него.
— Договори.
— Ты бы сидела до сих пор в своей бухгалтерии одна!
Я медленно встала.
— Интересно.
— Что?
— А я всё ждала, когда ты перестанешь играть приличного человека.