Словно боялась спугнуть это непривычное чувство.
Но Андрей быстро напомнил ей о реальности.
Через несколько дней он положил на стол квитанцию из автосервиса.
— Девяносто тысяч. Коробку передач менять надо.
Марина подняла глаза.
— И что?
— Как что? Переведи деньги со своего накопительного счёта.
— Нет.
Андрей замер.
— Повтори.
— Я сказала нет. У тебя есть лодочный мотор, который ты купил весной. Продай его.
Лицо мужа налилось краской.
— Ты предлагаешь мне продать мотор ради какой-то коробки?!
— А ты предлагаешь мне отказаться от трёх лет накоплений ради твоей машины.
— Это семейная машина!
— А деньги заработала я.
Андрей резко отодвинул стул.
Через минуту в коридоре заскрипела дверца шкафа.
Марина закрыла глаза.
Она знала каждый звук.
Молния сумки.
Звон ключей.
Тяжёлые шаги.
— Всё! Поживу у матери, пока не одумаешься!
Дверь захлопнулась.
И наступила тишина.
Марина сидела за кухонным столом, глядя на нетронутый чай.
Обычно в такие минуты ей становилось страшно.
Но сейчас она почувствовала неожиданное облегчение.
Ей не нужно было никого успокаивать.
Никому ничего доказывать.
Не нужно было угадывать настроение мужа.
Она просто сидела в собственной квартире.
И впервые за долгое время могла спокойно дышать.
На третий день позвонила свекровь.
— Мариночка, — начала Раиса Петровна своим привычным укоризненным голосом, — Андрей у меня на старом диване мучается. Спина болит. Неужели тебе мужа совсем не жалко?
— Он сам решил уйти.
— Ну мужчины же гордые! Ты женщина, должна быть мудрее!
Марина посмотрела в окно.
По двору шла пожилая пара. Мужчина осторожно поддерживал жену под руку, помогая ей обойти лужу.
— Раиса Петровна, а почему мудрость всегда должна быть только моей обязанностью?
Свекровь растерялась.
— Что ты такое говоришь?
— Почему Андрей может обижать, уходить, требовать деньги, а я должна каждый раз извиняться?
— Семью надо беречь!
— Я берегла её двадцать девять лет.
— Вот и береги дальше!
Марина глубоко вдохнула.
— Нет. Теперь пусть и Андрей попробует.
И отключила телефон.
Её руки дрожали.
Но она улыбалась.
Через десять дней Андрей вернулся сам.
Он открыл дверь своим ключом, поставил сумку у шкафа и прошёл на кухню.
— Мать попросила домой идти, — буркнул он. — Ей надоело, что я у неё живу.
Марина ничего не ответила.
Он ожидал вопросов.
Ожидал радости.
Ожидал, что жена начнёт суетиться вокруг него.
Но она продолжала читать книгу.
Андрей нахмурился.
— Ты вообще рада, что я вернулся?
Марина перевернула страницу.
— Ты ведь сам решил вернуться.
Он долго смотрел на неё.
Потом ушёл смотреть телевизор.
Вечером Марина услышала, как он разговаривает с Павлом по телефону.
— Да куда она денется! — хвастался Андрей. — Звонила, плакала, умоляла вернуться. Я ещё думал, прощать её или нет!
Марина остановилась посреди коридора.
Она не звонила.
Не плакала.
Не просила.
Но мужу было настолько важно казаться победителем, что он готов был придумать целую историю.
И рассказать её друзьям.
В ту ночь Марина долго не могла уснуть.
Она вдруг осознала страшную вещь.
Андрей не просто привык к её уступкам.
Он получал удовольствие от того, что мог унижать её без последствий.
В августе Раисе Петровне исполнилось восемьдесят лет.
Праздновали в небольшом ресторане.
За длинным столом собрались родственники, друзья семьи и несколько соседей.
Марина надела светло-синее платье, которое давно висело в шкафу.
Она сама уложила волосы и впервые за несколько месяцев накрасила губы яркой помадой.
Андрей оглядел её перед выходом.
— Ты куда так вырядилась? На свидание?
— На день рождения твоей матери.
— Смотри, не перепутай.
Она промолчала.
В ресторане сначала всё было спокойно.
Звучали поздравления.
Подавали горячее.
Раиса Петровна принимала подарки.
Но после третьего бокала Андрей решил развлечь гостей.
Он поднялся с места.
— А теперь хочу рассказать вам одну смешную историю про мою жену!
Марина почувствовала, как напряглись плечи.
— Представляете, наша Маринка решила на море ехать! В пятьдесят четыре года!
Кто-то усмехнулся.
— Три года деньги копила! Сто с лишним тысяч! Я ей говорю: Марина, на пляже тебя за морского котика примут!
Раздался смех.
Андрей вошёл во вкус.
— А когда я к матери ушёл, так она через несколько дней начала звонить! Рыдала, умоляла вернуться!
Раиса Петровна довольно кивнула.
— Хорошо хоть вовремя одумалась.
Марина медленно положила вилку.
Потом встала.
— Можно мне тоже сказать несколько слов?
Андрей усмехнулся.
— Ну давай, русалка!
Марина посмотрела на гостей.
— Я действительно собираюсь на море. И действительно три года откладывала деньги. Но кое-что Андрей рассказал неправильно.
За столом стало тише.
— Когда он ушёл к матери, я ни разу ему не позвонила.
Улыбка исчезла с лица мужа.