Я представила незнакомую пару, которая, вполне возможно, тоже уже измерила свой диван. И на секунду мне захотелось сказать: «Давайте что-нибудь придумаем». Слишком знакомый порыв. Когда Денис забывал купить подарок матери или обещал кому-то помощь на выходных, именно с этой фразы обычно начиналось моё участие.
— Скажите, что поторопились с датой, — ответила я.
— А если бы с тобой так поступили?
— Тамара Петровна, вы мерили стену у моего рабочего стола, пока я сидела за ним.
Она замолчала. Попрощались мы почти вежливо.
Через несколько дней Денис вернулся с первого просмотра. Снял ботинки, поставил их на коврик и сказал:
— В комнате окно на стену соседнего дома. Днём лампу включают. Как там вообще люди живут?
— В той квартире, которую ты мне прислал, тоже такое окно.
— Правда?
Он достал телефон и сам открыл объявление. Пролистал фотографии до конца. Я увидела момент, когда он наконец заметил кирпичную стену за стеклом.
— Я тогда только цену и метраж посмотрел, — сказал он.
Мне хотелось спросить, почему этого оказалось достаточно, когда речь шла обо мне. Но он всё ещё смотрел на фотографию, и по его лицу я поняла, что он уже задал себе тот же вопрос.
Подходящее жильё нашлось не сразу. На третьем просмотре хозяин передумал сдавать квартиру. На четвёртом Денис обнаружил, что ближайший автобус ходит с большими перерывами. В конце концов он снял однокомнатную квартиру рядом с пекарней. По утрам оттуда пахло хлебом, а от остановки до его работы можно было доехать без пересадок.
Когда он подписал договор, Тамара Петровна приехала забрать пустые коробки, которые привезла для своего переезда. Она постояла у двери маленькой комнаты. Я подумала, сейчас снова заговорит про комод.
— Те люди нашли другой вариант, — сказала она. — Я им позвонила в тот же вечер.
Я кивнула.
— Лера, я ведь видела, что ты за столом работаешь. Хоть бы спросила, куда ты сама собираешься. — Она взяла коробки и, уже поворачиваясь к выходу, добавила: — Извини.
В день переезда Денис дважды возвращался с лестничной площадки. В первый раз за зарядкой, во второй — за кофемашиной. Снял её с подоконника, и я увидела, каким светлым осталось дерево под ней.
В прихожей он снял ключ с кольца.
— Я всё думал, почему ты начала смотреть те квартиры, если понимала, что хочешь остаться.
— Потому что я привыкла сначала думать, как будет удобнее нам обоим. И не сразу заметила, что ты за себя уже подумал, а за меня — нет.
Денис положил ключ на тумбу и немного постоял, держа в руке связку.
— Я и правда рассчитывал, что ты как-нибудь устроишься, — сказал он. — Ты всегда устраивалась.
Это прозвучало почти как комплимент. Наверное, поэтому мне стало так грустно.
Когда дверь закрылась, я не стала сразу убирать его ключ. Он пролежал на тумбе до субботы. Я взяла его с собой, когда пошла за отцом.
Через несколько недель после развода папа впервые за долгое время пришёл ко мне завтракать. Я дала ему запасной ключ и сказала подниматься, если придёт раньше. Он вошёл, пока я резала хлеб, поставил на стол укроп и кулёк с двумя круассанами.
— Ты почему стол к окну переставила? — спросил он, заглядывая в маленькую комнату.
— Утром там светлее.
— Удобно?
Я поставила перед ним чашку. Фикус у окна выпустил новый лист, ещё тонкий и свёрнутый трубочкой. Чтобы ему хватало света, я развернула горшок и подвинула стол ровно настолько, насколько мне хотелось.
— Очень, пап, — сказала я. — Мне так удобно.