— Нет, солнышко.
— А кто тогда?
Девочка показала на табличку.
— Эта Маргарита?
Настя почувствовала, как к горлу подступают слёзы.
— Наверное, да. В каком-то смысле.
Вечером она вернулась домой.
На столе лежало письмо, которое обнаружилось при разборе старых книг тёти.
На конверте было написано:
«Настеньке. Когда она наконец поймёт».
Дрожащими пальцами Настя развернула лист.
«Моя дорогая девочка!
Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет рядом.
Я знаю, ты удивилась моему решению.
Но я хочу, чтобы ты поняла одну вещь.
Я оставила тебе деньги не за лекарства, не за продукты и не за бессонные ночи.
Любовь нельзя оплатить.
Я оставила тебе возможность.
Возможность однажды сказать „нет“, не боясь остаться без крыши над головой.
Возможность не зависеть от людей, которые путают доброту со слабостью.
Возможность выбрать себя.
Не трать жизнь на тех, кому нужна только твоя покорность.
И не бойся одиночества.
Иногда именно в тишине начинается самая счастливая глава.
Люблю тебя.
Твоя тётя Рита».
Настя перечитала письмо трижды.
Потом подошла к окну.
За стеклом медленно падал снег.
Город светился тысячами огней.
На кухне тихо шумел чайник.
И вдруг она поняла то, чего не могла понять много лет.
Тётя Маргарита оставила ей не просто квартиру.
И даже не восемь миллионов.
Она оставила ей право больше никогда не покупать чужую любовь собственным терпением.
Настя поставила письмо рядом с фарфоровой балериной.
Улыбнулась сквозь слёзы.
И впервые в жизни произнесла вслух:
— Я счастлива, тётя Рита.
В пустой квартире никто не ответил.
Но почему-то ей показалось, что где-то совсем рядом старушка тоже улыбается.
А на следующее утро Настя проснулась от солнечного света, открыла окно и поняла: впереди у неё целая жизнь.
И теперь эта жизнь принадлежала только ей.