— Конечно.
— Света вчера потребовала, чтобы я переписал на неё квартиру моего сына.
Ирина села.
— Какую?
— Ту, где Павел жил до свадьбы. Квартира оформлена на меня. Я сдаю её.
— Почему она считает, что вы должны её переписать?
Александр Иванович горько усмехнулся.
— Потому что она вдова.
Одно слово.
Ирина закрыла глаза.
— Я два года чувствовал себя виноватым, что сын погиб, а она осталась одна. Давал деньги. Ремонтировал. Ребёнка забирал.
Он помолчал.
— А вчера понял, что она уже не просит. Она считает.
— Что именно?
— Сколько ей все должны.
Ирина ничего не сказала.
— Я, кажется, слишком поздно понял.
— Я тоже.
— А Маша здесь ни при чём.
— Конечно.
— Я хочу сделать завещание на внучку. Чтобы квартира после меня стала её. Но распоряжаться ей до совершеннолетия никто не сможет.
Ирина улыбнулась.
— Думаю, это мудро.
— Света меня возненавидит.
— Возможно.
— Знаешь, мне почему-то легче от этой мысли.
Ирина впервые за несколько дней засмеялась.
В субботу случилось то, чего она ожидала и всё-таки не ожидала.
Звонок в дверь.
На экране домофона — Андрей.
За ним Светлана.
Свекровь.
Маша.
Ирина не открыла.
Через минуту позвонил телефон.
— Открой.
— Нет.
— Мне нужно забрать вещи.
— Твои вещи собраны. Приедешь один.
— Мама хочет поговорить.
— Я нет.
На заднем плане Лидия Михайловна закричала:
— Боится глаза показать!
Ирина отключилась.
Через пять минут кто-то постучал в дверь.
Оказывается, в подъезд их впустили соседи.
Вика выбежала из комнаты.
— Кто там?
— Побудь у себя.
Но девочка уже увидела экран камеры.
И замерла.
На Маше было синее платье.
То самое.
С ромашками.
Любимое.
То, которое Ирина обещала не отдавать.
Вика ничего не сказала.
Она просто смотрела.
А потом тихо спросила:
— Мам, ты же обещала.
У Ирины внутри всё оборвалось.
— Я не отдавала.
Дочь медленно повернулась к ней.
— Папа?
Ирина кивнула.
Вика подошла к двери.
Ирина хотела остановить её.
Но не стала.
Девочка нажала кнопку связи.
— Пап.
За дверью стало тихо.
— Викуля?
— Это моё платье.
Андрей замялся.
— Вика, Маше оно очень нравится.
— Мне тоже.
— Я куплю тебе другое.
Девочка сказала:
— Мне не другое надо.
Даже Светлана молчала.
— Мне моё надо.
Андрей тяжело вздохнул.
— Викуля, ну ты уже большая. Надо делиться.
Вика очень серьёзно ответила:
— Делиться — это когда спрашивают.
Ирина закрыла рот рукой.
Пять лет.
Ребёнку было пять лет.
А она сформулировала лучше всех взрослых.
Делиться — это когда спрашивают.
За дверью никто не говорил.
Потом Вика добавила:
— А вы не спросили.
И отошла от домофона.
— Мам, можно я мультик посмотрю?
— Можно.
Она ушла.
Ирина посмотрела на экран.
— Андрей.
— Что?
— Ты слышал дочь?
Молчание.
— Забери у Светы платье.
Светлана сразу закричала:
— Ещё чего!
Ирина даже не повысила голос.
— Андрей.
Он долго молчал.
Потом вдруг сказал:
— Свет, сними с Маши платье.
— Ты совсем?!
— Сними.
— Это ребёнок!
— Это платье Вики.
— А раньше ты что говорил?!
— Я сказал сними.
Начался скандал.
Свекровь кричала.
Светлана ругалась.
Маша заплакала.
Ирина просто слушала.
Не торжествовала.
Не радовалась.
Потому что слишком поздно услышанное «нет» не превращает предательство обратно в ошибку.
Через десять минут пакет с платьем оставили возле двери.
И ушли.
Развелись они через три месяца.
Андрей несколько раз просил вернуться.
Однажды приехал с цветами.
— Ир, я всё понял.
Она не открыла дверь.
Разговаривала через домофон.
— Что именно?
— Что перегнул.
— И?
— Что надо было советоваться.
— И?
Долгая пауза.
— Что я поставил Свету выше вас.
Ирина впервые за долгое время почувствовала не злость.
Печаль.
— Да.
— Я могу исправить.
— С Викой — можешь.
— А с тобой?
— Нет.
— Почему?
— Потому что ты остановился не тогда, когда мне было больно.
Она посмотрела через камеру на его лицо.
— И даже не тогда, когда было больно дочери.
— А когда?
— Когда понял, что потеряешь удобную жизнь.
Он опустил голову.
— Это неправда.
— Пусть будет так.
— Ир…
— Будь хорошим отцом, Андрей. Это всё, что от тебя теперь требуется.
И отключилась.
Весной Вике исполнилось шесть.
Ирина спросила:
— Что хочешь на день рождения?
Дочь задумалась.
— Велосипед.
— Какой?
— Зелёный.
— Почему зелёный?
— Красный был прошлой Вики.
Ирина замерла.
— А ты теперь какая?
Вика улыбнулась.
— Новая.
Они купили ярко-зелёный велосипед.
С белой корзинкой.
Вика сама выбрала звонок в форме божьей коровки.
На праздник пришёл Андрей.
Один.
Принёс подарок.
Попросил разрешения войти.
Ирина разрешила.
За год он изменился.
Не стал другим человеком за один день.