— Мам, я просто говорю правду.
Отец поднялся.
— Значит, так. Если завтра ты не подпишешь дарственную, я отменяю свадьбу. Ресторан, музыкантов, всё. И жить в моём доме тебе больше не позволю.
Я даже растерялась.
— Но я здесь не живу уже четыре года.
— Тогда вообще забудь дорогу сюда!
Я посмотрела на Кирилла.
Он сидел рядом, напряжённо сжав руки.
Мой будущий муж.
Человек, которому я доверяла больше всех.
— Кирилл, скажи хоть что-нибудь.
Он помолчал.
Потом осторожно произнёс:
— Марин, может, не стоит ссориться? Ну отдашь ты эту долю. Мы молодые, ещё заработаем.
Я почувствовала, как сердце неприятно сжалось.
— Ты сейчас серьёзно?
— Я просто хочу, чтобы всё было спокойно. Твой отец столько вложил в нашу свадьбу. Нехорошо теперь идти против него.
— То есть ради банкета я должна подарить брату семь с половиной миллионов?
Кирилл отвёл глаза.
И тут Максим сказал фразу, которая расставила всё по местам:
— Кирюха, молодец. Мы же с тобой ещё вчера обо всём договорились. Сестра пообижается и успокоится.
Я медленно повернулась к жениху.
— Что значит «договорились»?
Кирилл побелел.
— Марина, он не то имел в виду…
— О чём вы договорились?
Отец раздражённо махнул рукой.
— Хватит устраивать театр. Кирилл просто разумный парень. Он понимает, что семья важнее твоих капризов.
Но я уже смотрела не на отца.
Я смотрела на мужчину, с которым собиралась прожить жизнь.
— Ты знал про документы?
Он молчал.
— Кирилл?
— Твой отец говорил со мной на прошлой неделе. Просил помочь тебя убедить.
— И ты согласился?
— Мне обещали должность в компании Максима. Хорошую должность, Марин. С нормальными деньгами. Мы могли бы жить гораздо лучше.
В этот момент я поняла, что происходило на самом деле.
Мою долю уже мысленно разделили.
Моё согласие считали формальностью.
А мой будущий муж согласился участвовать в этом спектакле за обещание карьерного роста.
Я сняла с пальца помолвочное кольцо.
Положила его рядом с договором.
— Что ты делаешь? — испуганно спросил Кирилл.
— Отменяю сделку.
— Какую ещё сделку?
— Ту, в которой моя свадьба оказалась платой за моё наследство.
Отец резко шагнул ко мне.
— Не смей устраивать сцену!
— Сцена закончилась, пап. Свадьбы не будет. И документы я не подпишу.
Максим вскочил.
— Ты понимаешь, что подставляешь меня?!
Я внимательно посмотрела на него.
— А почему ты так торопишься?
— Не твоё дело!
— Очень даже моё. Что случится, если я не отдам тебе квартиру?
Максим открыл рот, но отец остановил его взглядом.
Вот тогда я и поняла: они скрывали нечто гораздо более серьёзное.
Я забрала сумку и вышла.
Кирилл догнал меня у ворот.
— Марина, подожди. Мы же любим друг друга!
— А сколько стоит твоя любовь, Кирилл?
— Не начинай…
— Должность у брата? Хорошая зарплата? Или тебе ещё что-то обещали?
Он раздражённо выдохнул.
— Ты всё портишь своим упрямством!
Я посмотрела на кольцо, которое всё ещё держала в руке, и вложила его ему в ладонь.
— Нет. Я просто вовремя узнала цену твоим обещаниям.
Через два дня отец действительно отменил свадьбу.
Мама позвонила и плакала.
Максим присылал сообщения, в которых называл меня эгоисткой.
Кирилл чередовал признания в любви с требованиями извиниться.
А я впервые за много лет выключила телефон на целые выходные.
В понедельник я встретилась с юристом.
Его звали Павел Андреевич. Невысокий седой мужчина в старомодных очках, которого мне посоветовала коллега.
Он внимательно изучил документы.
— Ваш отец не имеет права распоряжаться этой долей, — сказал он. — Но приготовьтесь: если они действительно рассчитывали на квартиру, добровольно не отступят.
— Я готова.
— Надеюсь. Потому что семейные споры иногда бывают тяжелее коммерческих.
Он оказался прав.
Через две недели отец подал иск, пытаясь оспорить бабушкино завещание.
В документах утверждалось, что в последние месяцы жизни бабушка плохо понимала происходящее и могла подписать бумаги под чужим влиянием.
Мне стало физически больно.
Бабушка до последних дней читала книги без очков, решала кроссворды и помнила дни рождения всех родственников.
И теперь собственный сын пытался представить её человеком, неспособным принимать решения.
Я нашла её лечащего врача.
Собрала старые письма.
Подняла переписку, где бабушка подробно объясняла, почему решила разделить наследство именно так.
Особенно важным оказалось одно сообщение, отправленное мне за несколько месяцев до её смерти:
«Маришка, я хочу, чтобы вы с братом всегда имели одинаковое право на помощь. Ты никогда не просишь лишнего, поэтому я особенно переживаю, чтобы тебя не обошли».
Я перечитывала эти слова десятки раз.
Однажды вечером раздался звонок с незнакомого номера.
Это была женщина.
— Марина Викторовна? Меня зовут Ольга. Я раньше работала бухгалтером у вашего брата. Нам нужно поговорить.
Мы встретились в небольшом кафе.