И почувствовала, как холодеют пальцы.
Лариса Викторовна писала:
«Кирилл, хватит слушать свою Марину. У Дениса серьёзные проблемы. Если завтра не закрыть долги, он лишится машины и оборудования. Переводи всё сегодня. Жене скажешь, что банк временно ограничил операции. Потом придумаем что-нибудь ещё. Вы молодые, снова заработаете. А брат у тебя один».
Ниже был ответ мужа:
«Мам, я понимаю. Только Марина завтра ждёт сделку».
Ответ свекрови последовал почти сразу:
«Пусть подождёт. Поплачет и успокоится. Ты мужчина или нет? В нашей семье своих не бросают».
А потом Кирилл написал:
«Ладно. Сделаю перевод, когда она уснёт».
Марина перечитала эти слова.
Один раз.
Второй.
Третий.
Она ждала, что где-нибудь появится другое сообщение.
Что Кирилл одумается.
Что напишет матери: «Это наши общие деньги, я не имею права распоряжаться ими один».
Но ничего подобного не было.
На экране светилось короткое согласие.
Четыре года экономии.
Тысячи рабочих часов.
Несбывшиеся поездки.
И мечта о собственном доме.
Всё это муж был готов отдать, даже не спросив её мнения.
Марина закрыла ноутбук.
Поставила чайник.
Села у окна.
И впервые за много лет посмотрела на свой брак совершенно другими глазами.
Кирилл вышел из ванной через пятнадцать минут.
— Мариш, ты чего не спишь?
— Жду тебя.
— Что-то случилось?
Она повернула к нему ноутбук.
— Ты собирался перевести наши деньги Денису?
Улыбка исчезла с его лица.
— Ты читала мою переписку?
— Ответь на вопрос.
— Марина, всё не так просто.
— Очень просто. Ты согласился тайком отдать деньги, которые мы копили четыре года?
Кирилл тяжело выдохнул.
— У брата беда.
— А у меня, значит, не беда?
— Ты не понимаешь! Дениса могут оставить без всего!
Марина тихо рассмеялась.
Смех получился таким чужим, что Кирилл испуганно посмотрел на неё.
— Без всего? Кирилл, у Дениса есть квартира, машина и родители, которые всю жизнь решают его проблемы. А у нас нет даже собственного жилья.
— Но мы ещё заработаем!
— Мы?
Она встала.
— Ты собираешься снова заработать мои деньги? Или моё время тоже принадлежит вашей семье?
— Не передёргивай!
— Тогда объясни, почему ты решил всё без меня.
Кирилл отвёл глаза.
— Мама сказала, что иначе Денису будет плохо.
— А мне?
Муж промолчал.
— Кирилл, я спрашиваю: ты хоть раз подумал, что будет со мной?
— Ты моя жена. Я думал, ты поймёшь.
Эта фраза оказалась больнее всего.
Не «я люблю тебя».
Не «прости».
Не «я ошибся».
А уверенность, что она обязана понять и простить.
Потому что жена.
Потому что удобная.
Потому что привыкла уступать.
Марина взяла телефон.
— Переведи мне миллион шестьсот тысяч.
— Что?
— Половину наших накоплений.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Кирилл попытался улыбнуться.
— Мариш, ну не делай глупостей. Завтра поговорим спокойно.
— Нет. Завтра ты можешь проснуться раньше и отправить все деньги брату. Поэтому мы решим сейчас.
— Ты мне не доверяешь?
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— После сегодняшнего — нет.
Кирилл долго сидел молча.
Потом всё-таки открыл банковское приложение.
Через несколько минут телефон Марины завибрировал.
На её личный счёт поступил миллион шестьсот тысяч рублей.
Она посмотрела на уведомление и почувствовала не радость.
Скорее страшную ясность.
— И что теперь? — спросил Кирилл.
— Теперь я подумаю, как жить дальше.
— Из-за денег разводиться собралась?
— Нет, Кирилл. Из-за того, что ты хотел украсть у нас будущее и даже не счёл нужным меня предупредить.
Утром Марина проснулась в шесть часов.
Муж спал на диване.
Она достала чемодан и начала складывать одежду.
Сначала аккуратно.
Потом быстрее.
В какой-то момент из шкафа выпала старая коробочка.
Внутри лежали билеты в театр, засушенный цветок и записка, написанная Кириллом много лет назад.
«Я обещаю, что всегда буду на твоей стороне».
Марина долго держала бумажку в руках.
Затем положила её обратно.
Теперь она знала, насколько недолговечными бывают некоторые обещания.
В половине десятого раздался звонок.
На пороге стояла Лариса Викторовна.
В руках — домашний пирог.
На лице — решимость человека, который собирался восстановить справедливость.
Свою собственную.
— Ну что, помирились? — спросила свекровь, проходя в квартиру без приглашения.
Потом увидела чемоданы.
— А это ещё что?
Марина застегнула сумку.
— Уезжаю.
— Из-за вчерашнего? Да ты шутишь!
Кирилл вышел из спальни.
— Мам, пожалуйста, не надо.
Но мать уже набрала воздух.
— Я так и знала! Как только речь зашла о помощи семье, сразу показала настоящее лицо! Тебе деньги дороже людей!
— Лариса Викторовна, — спокойно сказала Марина, — кому именно я должна была помочь?
— Денису!
— А почему не вы?
Свекровь заморгала.
— Что значит — почему?
— У вас есть дача. Есть автомобиль. Есть сбережения. Почему ради долгов вашего сына нужно пожертвовать именно нашей квартирой?