И всё это время ждало.
— Да, сынок.
Дима перебежал дорогу.
Остановился в нескольких шагах.
Будто боялся прикоснуться.
— Ты живой?
— Живой.
— Где ты был?
— Потерялся.
Дима вдруг ударил его кулаком в грудь.
Один раз.
Потом второй.
— Где ты был?!
Андрей не сопротивлялся.
— Ты понимаешь, что мама…
Удар.
— Мы думали…
Ещё удар.
— Я тебя ждал!
А потом семнадцатилетний парень обнял отца и разрыдался.
Как маленький.
— Я тебя ждал, пап.
И эти слова оказались тяжелее всех десяти лет.
На шум вышли остальные.
Илья не узнал отца.
Сначала просто стоял в дверях.
Марина появилась последней.
Увидела Андрея.
И застыла.
Он представлял эту встречу сотни раз по дороге.
Думал, она бросится к нему.
Заплачет.
Позовёт по имени.
Но Марина просто стояла.
Потом медленно спустилась с крыльца.
Подошла.
Подняла руку.
Коснулась шрама на его виске.
— Андрей?
— Я.
— Андрей…
Она провела пальцами по его щеке.
И вдруг ударила.
Хлёстко.
По лицу.
Дима вздрогнул.
Павел шагнул вперёд.
А Марина ударила снова.
— Десять лет!
Андрей молчал.
— Десять лет, ты понимаешь?!
Она била его в грудь кулаками.
— Я каждый вечер ждала! Каждый! Я в лес ходила тебя искать! Я детям врала, что папа скоро придёт!
Она уже не била.
Просто плакала.
— Где ты был?
Андрей обнял её.
— Я не помнил тебя.
Марина замерла.
— Что?
— Я никого не помнил.
И тогда она прижалась лбом к его груди.
— Дурак…
— Знаю.
— Живой…
— Живой.
— Какой же ты дурак…
Из дверей смотрел Павел.
Мужчина, который последние четыре года спал рядом с Мариной.
Растил сыновей Андрея.
Чинил этот дом.
Возил Илью по врачам.
Был рядом в те годы, когда самого Андрея не было.
И Андрей вдруг понял, что страшнее всего ему сейчас подойти именно к этому человеку.
Павел сделал это первым.
Протянул руку.
— Павел.
Андрей пожал.
— Андрей.
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.
Потом Павел сказал:
— Пойдём в дом.
— Я…
— Десять лет шёл. Хоть чаю выпей.
И отвернулся, чтобы никто не увидел, как у него дрогнуло лицо.
Они проговорили всю ночь.
Андрей рассказал про овраг.
Про Арсения.
Про пустоту вместо памяти.
Про сны.
Про рюкзак.
Марина слушала, сжимая ладони.
Илья сидел напротив и всё время рассматривал отца.
Будто пытался найти в нём человека с фотографии.
Дима задавал вопросы один за другим.
Павел почти не говорил.
Под утро Марина тихо сказала:
— Я ждала тебя пять лет.
— Я знаю.
— Нет. Не знаешь.
Она посмотрела ему в глаза.
— Я сначала боялась, что ты умер. Потом боялась, что жив. Потому что если жив — почему не возвращаешься? Я думала разное. Что ушёл. Что бросил. Что у тебя другая женщина.
— Марин…
— А потом поняла: если буду ждать дальше, утону вместе с детьми.
Андрей опустил глаза.
— Правильно сделала.
— Ты не сердишься?
Он посмотрел на Павла.
Тот стоял возле окна.
— За что?
— За него.
Андрей ответил не сразу.
— Он был рядом, когда меня не было?
Марина кивнула.
— С пацанами?
— Да.
— Тебя не обижал?
— Никогда.
Андрей повернулся к Павлу.
— Тогда мне его благодарить надо. Не злиться.
Павел посмотрел на него.
Двое мужчин молчали.
Один потерял семью.
Другой боялся её потерять прямо сейчас.
И оба понимали друг друга без слов.
Утром Андрей собрался уходить.
— Куда? — спросил Дима.
— Пока не знаю.
— Оставайся.
— Дим…
— Ты же домой пришёл.
И вот тогда Андрей понял главное.
Дом был перед ним.
Но уже не принадлежал ему.
Здесь стояли вещи Павла.
На стене висели общие фотографии.
На одной Павел держал Илью за плечо.
На другой они все четверо были у моря.
Андрей посмотрел на Марину.
Она молчала.
Ей было страшно.
Он видел.
Страшно выбирать.
Страшно снова потерять кого-то.
И Андрей решил не заставлять её.
— Я не домой пришёл, сын.
— А куда?
Он положил руку Диме на плечо.
— К вам.
Дима нахмурился.
— Какая разница?
Андрей улыбнулся.
— Большая.
Он снял куртку с вешалки.
Марина вышла за ним на крыльцо.
— Андрей.
— Что?
— А если бы…
Она не закончила.
— Что «если бы»?
— Если бы Павла не было?
Андрей посмотрел на неё.
Перед ним на секунду появилась та двадцатипятилетняя Марина.
С косой.
Смеющаяся.
Та, которая десять лет назад сказала:
«Только попробуй опоздать».
Но потом видение исчезло.
Перед ним стояла взрослая женщина.
Другая.
И он сам был другим.
— Тогда всё равно не было бы так, как раньше.
Марина заплакала.
Андрей коснулся её щеки.
— Не плачь.
— Я тебя любила.
— Я знаю.
— Очень.
— Я знаю.
— Может, и сейчас…
Он покачал головой.
— Не надо.
— Почему?
— Потому что иногда любовь — это не вернуть человека себе.
Он посмотрел на окно, за которым стоял Павел.