— А может, твой Ромео вообще снимает эту квартиру.
Елена рассмеялась.
Но Светлана не улыбалась.
— Свет…
— Что?
— Он говорил, что купил её после развода.
— Говорил.
— Он показывал фотографии ремонта.
— Показывал.
— Рассказывал, сколько вложил.
— Рассказывал.
— Значит…
Она осеклась.
Светлана подняла бровь.
— Значит что?
Елена впервые почувствовала неприятный холод внутри.
Потому что вспомнила ещё одну мелочь.
Несколько месяцев назад она предложила оформить ей временную регистрацию.
Роман неожиданно вспылил.
— Зачем?!
— Для поликлиники удобнее.
— Не надо никаких регистраций!
Тогда она решила, что мужчины просто болезненно относятся к недвижимости.
Теперь это выглядело иначе.
— Ты риелтор, — сказала Елена.
— Есть такое.
— Можешь узнать?
Светлана посмотрела на неё.
— Могу.
— Узнай.
Ответ пришёл вечером следующего дня.
Светлана позвонила, когда Елена выходила с работы.
— Ты сейчас где?
— В машине.
— Не едешь?
— Стою.
— Отлично.
— Свет, не тяни.
Пауза.
— Квартира принадлежит Павлу Андреевичу Соболеву.
— Понятно.
— К Роману отношения он не имеет.
Елена закрыла глаза.
— Может, Роман у него купил, но ещё…
— Нет.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что есть действующий договор найма.
Тишина.
— Какого найма?
— Обыкновенного.
Светлана помолчала.
— Твой Роман снимает эту квартиру.
Елена сидела неподвижно.
— Давно?
— Почти четыре года.
— Сколько платит?
— Тридцать две тысячи.
Она вдруг рассмеялась.
Светлана испугалась.
— Лен?
— Всё нормально.
— Уверена?
— Просто очень смешно.
— Что?
— Я год боялась передвинуть его стол.
Светлана ничего не сказала.
Елена продолжала смеяться.
— Свет, он говорил: «Не порть мои стены».
— Лена…
— Когда я хотела повесить фотографию, сказал: «Не сверли мою плитку».
Голос дрогнул.
— А плитка-то Павла Андреевича.
И вот тут она заплакала.
Не потому, что квартира оказалась съёмной.
Съёмное жильё — не преступление.
Она сама когда-то снимала.
Больно было другое.
Он год заставлял её чувствовать себя приживалкой в квартире, которая не принадлежала даже ему.
Домой Елена вернулась как обычно.
Роман лежал на диване.
— Что на ужин?
— Курица.
— С картошкой?
— Да.
— Разогрей потом.
Она посмотрела на него.
— Ром.
— М-м?
— Павел Андреевич кто?
Телевизор продолжал говорить.
Но Роман вдруг перестал жевать.
Всего на секунду.
Елена это увидела.
— Какой Павел Андреевич?
— Соболев.
Пауза.
— Откуда ты его знаешь?
— Квитанции читаю.
Роман снова повернулся к телевизору.
— Старый собственник.
— Старый?
— Ну да.
— А новый кто?
Он посмотрел на неё.
— Что за допрос?
— Я спрашиваю.
— Я.
— Значит, есть документ?
— Конечно.
— Покажешь?
Лицо Романа изменилось.
— Слушай, мне вот после работы больше делать нечего, как документы тебе искать?
— Документы на квартиру обычно знают, где лежат.
— Лена!
— Что?
— Тебе заняться нечем?
Он повысил голос.
Раньше этого хватало.
Елена замолкала.
Пыталась сгладить.
Говорила:
«Ладно, не нервничай».
Но сегодня она смотрела спокойно.
— Значит, не покажешь?
Роман резко встал.
— Потому что это не твоё дело!
— Понятно.
— Что тебе понятно?
— Всё.
Она прошла в коридор.
Открыла первую коробку с книгами.
Роман появился следом.
— Ты чего делаешь?
— Проверяю.
— Что?
— Не распаковала ли случайно чего-нибудь лишнего в твоей квартире.
— Опять начинаешь?
Елена достала скотч.
Заклеила коробку.
Потом вторую.
Роман смотрел.
— Что происходит?
— Завтра уеду.
Он рассмеялся.
— Куда?
— Домой.
— В свою однушку?
— Да.
— Ты же её сдаёшь.
— Жильцов предупрежу.
Его улыбка исчезла.
— Ты из-за полотенец устраиваешь театр?
Елена подняла глаза.
— Нет.
— А из-за чего?
— Из-за Павла Андреевича.
Роман побледнел.
— Ты что сделала?
— Ничего особенного.
— Ты связывалась с ним?!
Вот теперь Елена поняла всё окончательно.
Не:
«Что ты узнала?»
Не:
«Кто тебе сказал?»
Первое:
«Ты связывалась с ним?»
— Нет.
— Тогда откуда…
— Роман.
Она улыбнулась.
— Ты забыл, кем я работаю.
— Причём тут твоя бухгалтерия?
— При том, что я умею читать документы.
Тишина.
— Квартира съёмная.
Роман провёл языком по губам.
— И что?
Елена даже растерялась.
— В смысле?
— Ну съёмная. И что изменилось?
— Ты год говорил, что она твоя.
— Она моя в том смысле, что я здесь живу!
— Нет.
Елена покачала головой.
— Ты говорил именно о собственности.
— Не придирайся к словам.
— Когда я предложила поменять диван, ты сказал: «Я эту квартиру купил на свои деньги».
— Ну образно сказал!
— Образно купил квартиру?
— Господи, Лена!
Он раздражённо потёр лицо.
— Какая разница, моя она или я её снимаю? Мы же жили нормально!