— Если моя мать тебе мешает, собирай чемодан и проваливай! — произнёс Денис таким тоном, словно объявлял окончательный приговор.
Он стоял посреди гостиной, уверенный, что сейчас я расплачусь, начну оправдываться и попрошу разрешения остаться.
Его мать, Галина Борисовна, удобно устроившаяся в кресле, даже приподнялась от удовольствия. Её дочь Марина замерла возле двери, приготовившись наблюдать очередное семейное представление.
Но спектакля не получилось.
Я посмотрела на мужа, медленно поставила чашку на стол и ответила:
— Хорошо. Только потом не говори, что я тебя не предупредила.
Денис усмехнулся.
— И чем же ты меня напугаешь? Ты без меня и недели не протянешь!
3
Я ничего не сказала.
Просто пошла в спальню и достала чемодан.
Через сорок минут я покинула квартиру, в которой прожила девять лет.
А на следующее утро муж обнаружил среди моих вещей папку с документами.
Когда он прочитал первую страницу, руки у него задрожали.
Но самое неприятное ждало его впереди.
Девять лет назад я выходила замуж за совершенно другого человека.
По крайней мере, мне так казалось.
Денис был внимательным, спокойным, заботливым. Он приносил цветы без повода, встречал меня после работы, умел слушать и говорил, что мечтает о доме, где всегда будет тепло.
Я выросла в семье, где тепло было редким гостем.
Отец постоянно командовал матерью. Она привыкла спрашивать разрешения даже на покупку новых туфель. В детстве я часто слышала:
— Женщина должна знать своё место!
И поклялась себе, что никогда не стану жить так же.
Когда появился Денис, я решила, что наконец встретила человека, рядом с которым можно не бояться.
Первый год действительно был счастливым.
Мы купили квартиру в ипотеку. Я внесла большую часть первоначального взноса — деньги, оставшиеся от продажи бабушкиного дома. Остальное оформили в кредит.
Я работала дизайнером, брала дополнительные заказы по вечерам, иногда сидела за компьютером до трёх ночи.
Денис занимался продажами. Его заработок был нестабильным, но меня это не беспокоило.
— Мы же семья, — говорила я. — Сегодня я больше зарабатываю, завтра ты.
Он целовал меня в висок.
— Ты у меня самая лучшая.
Тогда я не знала, что однажды эти слова станут единственным приятным воспоминанием о нашем браке.
Проблемы начались со звонка свекрови.
— Денисочка, у меня опять давление. И трубы какие-то стучат. Страшно одной!
Денис поехал к ней.
Вернулся с двумя огромными сумками и Галиной Борисовной.
— Мама поживёт у нас недельку, — сообщил он. — Пока всё не наладится.
Я согласилась.
Кто откажет пожилой женщине в помощи?
Только неделя растянулась на месяц.
Потом на полгода.
А затем свекровь объявила:
— Зачем мне возвращаться в пустую квартиру? Здесь сын, семья. Будем вместе жить.
Она сказала это не как просьбу.
Как решение.
Вскоре наша гостевая комната превратилась в её спальню.
Мои занавески отправились в кладовку. Любимые растения исчезли с подоконников. На кухне появились кастрюли Галины Борисовны, а мои аккуратно сложенные полотенца она объявила неподходящими.
— У тебя всё какое-то безвкусное, Света. Дом должен выглядеть по-домашнему.
Я пыталась говорить с мужем.
— Денис, мы ведь собирались сделать в этой комнате детскую.
Он морщился.
— Свет, ну не начинай. Мама одна. Что тебе, жалко комнаты?
— Дело не в комнате.
— А в чём? Она тебе мешает дышать?
С каждым таким разговором я понимала: в нашем доме уже существует семья, и я в ней лишняя.
Но продолжала терпеть.
Пока однажды не случилось то, после чего терпеть стало невозможно.
В тот четверг свекровь снова почувствовала себя плохо.
Она позвонила мне посреди рабочего совещания.
— Светлана! Немедленно приезжай! У меня голова раскалывается! Я, наверное, умираю!
Я отпросилась, вызвала такси и отвезла её в частную клинику.
Обследование не выявило опасных изменений. Врач рекомендовал дальнейшее наблюдение при повторении симптомов и объяснил, что причиной может быть мигрень.
Галина Борисовна возмутилась.
— То есть вы хотите сказать, что я всё придумала?!
— Я этого не говорил, — спокойно ответил врач.
Дома свекровь снова легла в кресло и потребовала горячего чая.
Я принесла.
— Слишком крепкий.
Заварила другой.
— Слишком горячий.
Принесла воду.
— Ты специально издеваешься?
Я почувствовала знакомую тяжесть в груди.
В такие моменты мне всегда хотелось исчезнуть.
Но в тот день произошло ещё кое-что.
К нам приехала Марина, младшая сестра Дениса.
Она никогда не скрывала, что считает меня чужой.
Марина любила открывать наши шкафы, комментировать покупки и спрашивать, сколько я зарабатываю.
В этот раз она нашла в ванной упаковку противозачаточных таблеток.
Вышла с ней на кухню, будто обнаружила секретный государственный документ.
— Мам, ты только посмотри!
Галина Борисовна схватилась за сердце.
— Светлана! Что это такое?!