— Тогда дай шанс.
— Я уже дала тебе четырнадцать лет.
Через три дня он начал собирать вещи.
На этот раз без злости.
Я помогать не стала.
Перед уходом Игорь положил ключи на тумбочку.
— Я не буду требовать денег за ремонт.
— Спасибо.
Он посмотрел на меня.
— Ты меня ненавидишь?
Я задумалась.
— Нет.
— Тогда почему так спокойно?
— Потому что отболело.
Он опустил глаза.
— Знаешь, что самое мерзкое?
— Что?
— Я только сейчас понял, что даже не знаю, где ты покупаешь постельное бельё. Или какой порошок берёшь. Или сколько стоит еда на неделю.
Я ничего не ответила.
Игорь взял сумку.
— Прости.
— Я прощаю.
Он удивился.
— Правда?
— Да.
— Тогда, может…
— Прощение не означает возвращение.
Он кивнул.
И ушёл.
Дверь закрылась.
Я постояла в коридоре.
Потом открыла окно.
В квартиру ворвался прохладный воздух.
Удивительно, но первой мыслью было не про одиночество.
Я подумала:
«Сегодня можно приготовить то, что люблю я».
Через месяц я перекрасила гостиную.
Выбросила старый диван, который Игорь выбирал двенадцать лет назад.
Купила маленькое кресло у окна.
Записалась на курсы итальянского, о которых мечтала много лет.
А ещё начала делать одну странную вещь.
Каждое воскресенье готовила себе красивый завтрак.
Не потому, что надо.
Не потому, что кто-то ждёт.
А потому, что хотелось.
Однажды утром позвонила Валентина Павловна.
— Светочка, можно вопрос?
— Конечно.
— Он у меня уже третью неделю живёт.
— Сочувствую.
Она рассмеялась.
— Знаешь, он научился готовить.
— Не может быть.
— Вчера суп сварил.
— И как?
— Посредственный.
Мы обе засмеялись.
— Но старается, — добавила она.
Я посмотрела в окно.
— Вот и хорошо.
— Ты не жалеешь?
Я подумала.
— Нет.
— Совсем?
— Жалею только об одном.
— О чём?
— Что мне понадобился развод, чтобы перестать быть обслуживающим персоналом в собственном доме.
После разговора я поставила телефон на стол.
На кухне пахло кофе.
На тарелке лежал горячий круассан.
Рядом стояли цветы, которые я купила себе вчера просто так.
Я села у окна.
В квартире было тихо.
Но теперь эта тишина не казалась пустотой.
Она была пространством.
Моим.
И только тогда я поняла простую вещь.
Игорь хотел свободы.
Но первым свободным человеком в нашем браке стала я.
Потому что свобода — это не уйти от обязанностей.
Свобода — это наконец перестать жить там, где твою любовь принимают за бесплатную услугу.